Чему господин Паэт имеет намерение научить белорусов?

Министр иностранных дел Эстонии Урмас Паэт удивил белорусскую общественность, заявив, что гражданское общество и независимые СМИ Беларуси «нуждаются в постоянной поддержке».

Завянет ли синеокая без эстонской поддержки?

Термином «гражданское общество» обычно называют сферу самопроявления граждан в добровольно сформированных группах, объединенных интересами. Этническими, например, или иными. А для того чтобы граждане смогли проявить себя, предполагается, что такие группы или сообщества должны быть независимы от прямого вмешательства государства. Более того, эти группы сами должны контролировать государственную машину. Принципы гражданского общества — самоуправление, свободное формирование мнений и плюрализм.

По мнению Урмаса Паэта, сообщества, в которых граждане Беларуси могли бы проявить себя, нуждаются в постоянной поддержке, то есть в помощи и в содействии. Такая поддержка, как он полагает, должна быть хорошо спланированной, целевой и длительной. А еще господин Паэт убежден: процветать гражданскому обществу Беларуси позволит исключительно та поддержка, которую намерена предложить Эстония. Иными словами, без эстонской поддержки синеокая завянет и засохнет.

После такого заявления главы эстонского внешнеполитического ведомства возникает немало вопросов. Такой, например: чем Эстония, государство на севере Европы даже по белорусским меркам очень маленькое, населением в 7,2 раза меньшим, чем Беларусь, может постоянно помогать белорусским гражданам проявлять себя в группах, объединенных общими интересами? Какие именно интересы, объединяющие белорусов в группы, собирается поддерживать Эстония? И в чем заключается интерес эстонских властей, вознамерившихся помогать белорусам?

К сожалению, в высказываниях Урмаса Паэта ответов на эти вопросы не содержится. Но если судить по уверенности его высказываний, он знает то, о чем говорит. Полагает, небось, что ему со стороны виднее. Вот и мы попробуем оценить ситуацию в его стране так, как это делает он, то есть со своей стороны. И поразмышлять, а не нуждается ли гражданское общество Эстонии в помощи и поддержке?

Неудачное самопроявление гимназистов

О весьма многочисленной в Эстонии группе, объединенной этническими и культурными интересами, наслышаны, пожалуй, все — это русскоязычные жители страны. Дискриминационный курс властей Эстонии в отношении к этой группе не меняется. Комитет ООН по ликвидации расовой дискриминации (КЛРД) серьезно озадачен тем, что русскоязычным чересчур назойливо навязывают использование для общения чуждый им эстонский язык и карают за применение русского.

Главная проблема Эстонии в области соблюдения прав человека сегодня: сокращение русскоязычного информационного и культурно-образовательного пространства. Особенно беспокоит проживающих в этой стране славян курс на полную ликвидацию образования на русском языке. Десятилетний план развития системы образования на 2011–2020 годы не предусматривает обучения в государственных школах на каком-либо другом языке, кроме эстонского. Уже много лет в профильных вузах не готовят учителей для школ с русским языком обучения.

Такая политика, безусловно, бьет по качеству образования в стране. Эстонские гимназисты настаивают на сохранении двуязычия как минимум в регионах компактного проживания русскоязычного населения: в Нарве, Силламяэ, Кохтла-Ярве, Таллинне, Тарту. Наконец, считают они, можно организовать отдельные классы с двуязычным обучением. Но эстонской государственной машине попросту нет дела до их мнения. Вряд ли волнует и того же пекущегося о гражданском обществе в Беларуси господина Паэта самопроявление гимназистов в его стране.

Глас «серопаспортников» в Эстонии

Русскоязычных в Эстонии можно условно разделить на состоявшихся (натурализированных) эстонских граждан и так называемых «серопаспортников», то есть «неграждан».

Каждый тринадцатый житель Эстонии лишен основополагающих политических, избирательных и социально-экономических прав, что делает их в стране людьми второго сорта. Международные и правозащитные организации не раз рекомендовали эстонским властям упростить процедуру натурализации для лиц пожилого возраста, но они глухи к этим рекомендациям.

Раздавались предложения всем детям «неграждан» предоставлять эстонское гражданство автоматически, но и тут Таллинн непреклонен. Каждый тринадцатый младенец в Эстонии становится изгоем с момента рождения.

«Серопаспортники» исправно платят налоги, пополняя эстонскую казну. В некоторых муниципалитетах они составляют большинство населения, но участвовать в общественно-политической жизни страны все равно не могут — активное избирательное право даже на муниципальных выборах им не предоставлено. Не могут они состоять и в политических партиях.

«Неграждане» — это не лица без гражданства. Этот статус — чисто эстонское изобретение. Его цель — вывести эту категорию людей из-под действия международных конвенций о статусе апатридов от 1954 года, о сокращении безгражданства от 1961 года, а также избежать включения «серопаспортников» в официальную статистическую отчетность о численности лиц без гражданства.

В Эстонии не действует Рамочная конвенция по защите национальных меньшинств. Власти этой страны считают национальным меньшинством исключительно граждан Эстонии — неэстонцев. «Серопаспортники» же к ним не относятся. Это позволяет не принимать ходатайства от муниципальных властей мест компактного проживания русскоязычных «неграждан», где их численность составляет большинство, о придании в этих районах русскому языку статуса официального.

Курс эстонских властей на насильственную ассимиляцию славян привел к падению темпов натурализации. Изгои готовятся к тому, чтобы как можно быстрее бежать из этой страны куда глаза глядят.

В Беларуси даже представить себе нечто подобное немыслимо. Вот тут и возникает вопрос: так чье же все-таки гражданское общество нуждается в поддержке — эстонское или белорусское? А может быть, его в Эстонии и вовсе нет?

В стране действует международный медиаклуб «Импрессиум». Его задача — объединить творческую интеллигенцию страны для улучшения взаимопонимания между эстонцами и русскоязычным населением. Но наличие такого объединения пришлось не по душе эстонским властям. Сначала клуб стал объектом пристального внимания полиции безопасности Эстонии (Капа). Спецслужбу интересовало, не угрожает ли он эстонцам. Затем последовало заключение: клуб «выполняет политический заказ Москвы по подрыву эстонской государственности».

О чем мечтают подписчики Нарвы и Кохтла-Ярве?

«Осуждаем ограничение свободы независимых средств массовой информации в Беларуси», — заявил Урмас Паэт в одной из своих речей. И пообещал эти, ограниченные в свободе СМИ, поддержать.

Вряд ли какой белорусский издатель негосударственного (по терминологии господина Паэта — «независимого») средства массовой информации откажется от иностранной поддержки. Материальной, разумеется, — другая-то ему зачем? Тем более если поддержка будет постоянной! Деньги издателю нужны и на бумагу, и на полиграфические услуги, и на экспедирование тиража, и на развитие. И чем больше денег будет, тем лучше. При условии, разумеется, что после такой поддержки СМИ, продукцию которых он тиражирует, останутся независимыми.

Но такие подарки судьбы бывают только в сказках. Ежу понятно, что не станут эстонские власти помогать белорусам просто так. Да и уважающие себя белорусские редакторы СМИ тоже не станут побираться в крошечной Эстонии, раскошеливая эстонского налогоплательщика. Потому что их эстонские коллеги куда более нуждаются в поддержке.

В Таллинне сейчас выходит переводимая на русский язык газета «Постимеес» (что в переводе с эстонского означает «почтальон»). Раньше выходили «Молодежь Эстонии», «Вести дня», но то было раньше. В 2009 году газета «Постимеес» стала последним островком русской прессы в стране, где «взяли под контроль русское информационное поле».

Государственный канал ЭТВ-2 транслирует на русском языке ежедневную получасовую программу новостей «Актуальная камера», ведет вещание государственное «Радио-4». Популярностью у русскоязычной аудитории пользуется Русское и Sky-Радио. Но все это до поры, потому что из уст эстонских политиков, например вице-спикера Рийгикогу Кристийны Оюланд, бывшего посла Эстонии в России Марта Хельме, эксперта по медиа Агу Ууделепа, периодически раздаются требования о полном запрете вещания в Эстонии на русском языке. Включая даже частные кабельные телевизионные каналы, сигнал для которых приходит  из космоса.

Кто-то возможно спросит: а есть ли в Эстонии спрос на продукцию русскоязычных СМИ? Судите сами: этнических эстонцев там по переписи 69 процентов. Остальные — русскоязычные: это в большинстве своем русские, украинцы, белорусы. А также татары, латыши, поляки, евреи и другие. Отметим, что для этнических эстонцев старшего поколения русский язык также выступает как основной для общения и в семье, и в кругу друзей. Прибавьте к этому 100 тысяч «серопаспортников». Вот и выходит, что каждое второе печатное издание Эстонии могло бы выходить на русском языке и успешно распространяться.

Но этого не происходит, хотя спрос на русскоязычную прессу в Эстонии остается неудовлетворенным. Как ни в какой другой стране она нуждается в государственной поддержке, но эстонское правительство, обделяя своих, почему-то обещает поддержку… белорусским издателям.

…Решили «подтянуть» наших двоечников

А еще господин Урмас Паэт хотел бы «повысить осведомленность белорусского общества». То есть передать ему некие сведения и знания, обучить его чему-то. Каким образом? Во‑первых, приглашая белорусских студентов‑недоучек в эстонские вузы. Нарушает, к примеру, молодой оппозиционер общественный порядок на несанкционированных акциях протеста — и милиция его задерживает. На зачеты-экзамены такой студент не является, становится неуспевающим. В деканате к нему рано или поздно формируется не лучшее отношение. А когда последняя капля переполняет чашу — отчисляют. У бывшего студента появляется перспектива служить в армии, но не лежит оппозиционная душа к службе. Вот тут и готовы прийти на помощь эстонские благодетели: зачисляют в некий вуз, отправляют на курсы и, главное, стипендию дают.

Не высокого, как видим, мнения господин Паэт о белорусском гражданском обществе, если двоечников к нему причисляет!

Во‑вторых, осведомляемых приглашают на курсы Эстонского центра «Восточного партнерства». Что же это за сведения такие — уникальные — может сообщить белорусам на тех курсах сей центр, обосновавшийся в Таллинне? Пояснения господина Паэта на этот счет весьма витиеваты, туманны, и представителям гражданского общества нашей страны приходится только догадываться, о чем речь: то в проведении реформ обещает поднатаскать, то технологиям информационным обучить.

Какие в Эстонии реформаторы, мы уже знаем по реформе в системе ее образования. Избави бог белорусов от подобных реформ! Технологиям? А что, разве в Эстонии им некого обучать? Там, что же, нет гражданского общества? Может быть, и впрямь нет, там ведь русскоязычным никакого самопроявления не позволяют.

Осведомленность по-таллиннски

А чему вообще эстонцы могут обу-чить белорусов? Может быть, истории? К истории, кстати, у властей этой страны особый интерес. Ее там умудряются переписывать, ловко выворачивать наизнанку. Особенно историю Второй мировой войны. А когда переписали историю, фашистских пособников в этой стране вполне официально стали называть героями, устраивают публичные собрания легионеров «Ваффен-СС», марши и лагери националистически настроенной молодежи, оскверняют памятники, преследуют ветеранов, положивших здоровье, а нередко и жизнь за освобождение Эстонии от нацистского порабощения, ставят знак равенства между нацистским режимом и советской властью. Для школьников ежегодно проводится военно-спортивная игра «Эрна», прославляющая действия абверовской диверсионной группы в тылу Красной Армии в августе 1941 года.

А о чем осведомлен сам господин министр? Он родился в Советском Союзе, учился в советской школе. Когда распался Советский Союз, Урмасу Паэту было 17 лет. Поступил в университет. Там и получил осведомленность для самопроявления. Сразу отметим — по специальности он не историк, а политолог, но тем не менее глубоко проникся интерпретированными на нужный лад историческими фактами, вступил в праволиберальную Партию реформ Эстонии.

Вот откуда любовь к реформам и стремление к тому, чтобы белорусы тоже стали реформаторами. Партия реформ — инициатор законопроекта «О защите воинских захоронений», на основании которого в ночь с 26 на 27 апреля 2007 года был демонтирован стоявший на площади Тынисмяги монумент павшим во Второй мировой войне — «Бронзовый солдат». Такая вот у товарищей Паэта по партии осведомленность, такое самопроявление!

Сегодня курс, проводимый эстонскими властями, — основной фактор нагнетания среди эстонцев неонацистских, расистских и экстремистских настроений. Он провоцирует проявления национализма, славянофобии, расовой и религиозной нетерпимости. Нужна ли белорусам «осведомленность» на эстонский манер?

Владимир Кожевников, kozhevnikov@vayar.sml.by

Предлагаем обсудить данный материал на форуме официального сайта Министерства обороны Республики Беларусь http://forummod.bn.by в разделе «Обсуждение статей в «Белорусской военной газете. Во славу Родины».

 

331 views

Комментарии запрещены.