Март-волшебник

Старики, если они пережили зиму, обычно проживают и весну. Пробуждение природы в марте будто и их побуждает крепиться, продолжать жить. Молодой весенний ветер вместе с влажным запахом освобождающейся от снега и льда земли, пьянящим ароматом деревьев, начинающих тяжелую, но веселую работу по перегонке сока, словно вливает в стариков силы. Как тут не поддаться жизнеутверждающему волшебству марта?!

SONY DSC

…Мать слегла не совсем неожиданно для нас. Болезнь была слишком серьезной. И как долго могла ей сопротивляться пусть и сильная, но очень пожилая женщина? Мы лечили, ухаживали, почти насильно кормили. Со скрипом дожив до весны, мать начала вставать со своего диванчика на кухне, который облюбовала давно — одна в большом доме. И это было неожиданно. Наверное, март помог.

Я делала в кресле гнездо из двух ватных одеял и потихоньку выводила мать из дома. Устраивала ее поудобнее и укрывала потеплее. Мать практически не говорила — сидела и смотрела на старую яблоню. Это она ее посадила задолго до моего рождения.

У яблони неведомого мне сорта, не отличающейся особо приятным вкусом плодов, был толстый ствол с кое-где отставшей корой, поросший зеленым мхом в местах сочленений с ветвями. Сучья там-сям сгнили и обломились от ветра. Оставшиеся в большинстве своем были покрыты лишайниками. В стволе — глубокие дупла.

Муж раз от раза говорил:

— Давай спилим это чудище. Посадим молодое дерево — больше будет толка.

Я не давала. Жалко было. Привыкла очень. В детстве я умела ловко лазать по деревьям, любила часами сидеть в гуще их ветвей и мечтать. И эта яблоня, самая, к слову, удобная для покорения, годами была МОИМ местом. В ней и наклон был такой подходящий, и вилка толстых ветвей будто приглашала присесть. А в стволе были такие замечательные бугорки и выемки, которые с радостью принимали мои цепкие босые ступни.

С тех пор яблоня, конечно, сдала. Яблок давала, может, с ведро. Но какие это были особенные яблоки! Желтого или золотисто-кремового цвета (в зависимости от степени созревания) плоды как никакие другие годились для приготовления варенья. Оно имело приятный вкус, очень красивый светло-янтарный цвет, было густое, но не превращалось в кашу. Самым вкусным было поглощать оставшиеся целыми кусочки яблок — золотистые, тающие во рту.

Зная секрет этого сорта, соседи всегда просили немного яблок, специально, чтобы сварить варенье. Называлось оно в нашем кругу золотым. Никакой сорт яблок не давал варенью такого изумительного вкуса, цвета и консистенции.

Дочка же приспособилась привязывать к старой яблоне и соседнему дереву гамак. Там любила качаться внучка с друзьями.

Как срубить такую яблоню?!

Однако в прошлом году дерево практически не дало плодов. Ведь незначительное количество все же появившихся цветков быстро опало. Я сдалась. В этом году старую яблоню, пережившую зиму, мы приговорили. Однако приговор пришлось отсрочить из-за неожиданно приободрившейся матери. Знаю, если бы я спросила разрешение спилить дерево, она не стала бы возражать. Но мы никогда не узнали бы, что на самом деле чувствует мать…

А в мае, тоже неожиданно, старая яблоня вдруг расцвела всеми еще живыми ветвями. Мать сидела в кресле, по-прежнему укутанная в белый кокон ватных одеял (ее сдающий организм уже не мог согреть ледяные руки и ноги). Избалованный солнцем ветерок нес в ее сторону легкие бело-розовые лепестки, которые белыми пятнышками усеяли землю вокруг дерева, покрытую коричневой плиткой дорожку у ее ног. Мать смотрела на яблоню…

Елена Романова, «Ваяр»

382 views

Обсуждение закрыто.