Лекарство от многих бед, или Ответы на вопросы о будущем в летописях прошлого


Недавно гостем военного информационного агентства «Ваяр» стал доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории Российской академии наук, профессор Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого Борис Ковалёв.

Специалист по проблеме коллаборационизма в годы Второй мировой войны Борис Николаевич является автором более 300 научных и научно-популярных работ, монографий, среди которых «Нацистский оккупационный режим и коллаборационизм в России (1941–1944 гг.)», «Коллаборационизм в России в 1941–1945 гг.: типы и формы», «Добровольцы на чужой войне» (в соавторстве). Его книга «Повседневная жизнь населения России в период нацистской оккупации» была удостоена премии «Просветитель» в 2012 году.

В беседе российский историк рассказал не только о сфере своей научной деятельности, но и затронул вопросы противостояния попыткам фальсификации истории.

— Борис Николаевич, почему именно тема коллаборационизма в годы Второй мировой войны стала основой вашей научной деятельности?

— Чтобы дать ответ на этот вопрос, нужно коснуться моей научной эволюции. Обучался я в аспирантуре в период развала Советского Союза — поступил в одной стране, а окончил в другой. Тему мне предложил мой научный руководитель — белорус, родом с Витебщины, доктор исторических наук, профессор Николай Дмитриевич Козлов. Он предложил мне изучить тему «Пропагандистская борьба на оккупированной территории Северо-Запада России в 1941–1944 годах»… Я работал с большим количеством архивных документов, позволивших понять, почему страна, по сути, воевавшая поначалу почти со всей Европой, все же одержала победу в Великой Отечественной. Так, написав кандидатскую диссертацию, можно сказать, о хороших людях, я решил изучить плохих… Работал в бывших партийных архивах, государственных, в архивах управлений ФСБ, чтобы обладать информацией из разных источников, в том числе и из трофейных материалов, документов партизанских отрядов, уголовных дел. Так писалась моя докторская диссертация, а по ее итогам была написана книга «Нацистский оккупационный режим и коллаборационизм в России (1941–1944 гг.)».

Подчеркну, на территориях СССР коллаборационизм не носил такого массового характера, как многие пытаются это сегодня показать. Иначе Советский Союз попросту не смог бы победить в этой войне. Простой пример — размах партизанского движения на территории той же Беларуси. Народ встал на борьбу с оккупантами, так как русскому или белорусу не нужно было рассказывать, какое горе принесли на их землю гитлеровцы: как убивали родных и близких, как увозили в расстрельные ямы евреев, как отнимали последний кусок хлеба…

— Соответственно, и наказание за помощь врагу по детскому легкомыслию не может сравниться с предательством взрослого человека, выступившего с оружием в руках на чужой стороне. Но как оценить ущерб, нанесенный идеологическим и духовным коллаборационизмом? Ведь современная обстановка в мире, особенно на территориях, побывавших под гнетом фашистов, зачастую демонстрирует нам, что та зараза, посеянная когда-то оккупантами, дает ростки сегодня.

— Это серьезный вопрос воспитания будущих поколений. Конечно, дети героев войны получили серьезную прививку от идей фашизма. Мир, можно сказать, вздохнул с облегчением после шествия коричневой чумы. Но со временем появились поколения, не знающие, что такое Вторая мировая война, Великая Отечественная война… Поэтому грамотные политтехнологи, взяв на вооружение четко отработанные способы и методы фашистской идеологической пропаганды, смогли сегодня возродить идеи нацизма. И это, конечно, нельзя упускать из виду. Только беседы с молодежью, знакомство ее с реальными историческими фактами позволит отделять зерна от плевел.

— Однако сегодня активно предпринимаются попытки навязывания иного восприятия истории. Как противостоять этому?

— К сожалению, эта нехорошая тенденция началась во второй половине 1980‑х годов… Геббельсовская пропаганда играла на порочных чувствах людей, когда легче всего обвинить во всех бедах не себя любимого, а соседа. Сказать, что виноват кто-то, а не твоя лень и нехватка мозгов. Стравить этих соседей. И на этом фоне подкинуть идею, что где-то в Берлине или иной столице «цивилизованного государства» народ недоедает, недосыпает и мечтает поделиться своим бюджетом с тобой — умным и красивым — ради твоего светлого счастья. Каково звучит?.. Так вот, к сожалению, идеи, разработанные нацистами, не потеряли актуальность и сегодня. И находятся те, кто совершенно искренне считает, что нужно все ломать, а завтра наступит абсолютное счастье.

В борьбе с фальсификацией истории поможет только правда. Но важно понимать, что здесь мы играем с теми, кто мухлюет, а значит, уровень нашей игры должен быть значительно выше игры оппонента.

— То есть в истории уже есть наглядные примеры и, чтобы оценить возникающие сегодня в социуме проблемные ситуации, даже прогнозировать их последствия, особо утруждаться не нужно — достаточно изучить архивы?

— Совершенно верно, круги истории, как говорится, никто не отменял. Тут я хочу процитировать Экклезиаст: «Кто-то скажет: «Посмотри, это новое. Но и это было в веках — прежних до нас».

Сейчас я изучаю историю начала ХХ века. И в своих работах, основываясь на документах прошлого, показываю, что проблемы того времени абсолютно схожи с нынешними. Например, тогда тоже были спекуляции с нефтью. Либералы от кадетской партии вообще членские взносы не платили, так как Нобель, Ротшильд и другие подобные им олигархи образца начала XX века открыто их финансировали. А те в ответ лоббировали их интересы в бизнесе, например, в нефтяном Баку. Читаешь документы более столетней давности и понимаешь, что методика, лексика, форма не меняются. А раз очаги социальной напряженности возникают, значит, нужно искать ответ на известный вопрос: кому это выгодно? И настоящая история является не только помощником, но и средством для создания лекарства от подобных негативных проявлений в обществе.

Беседовал подполковник Игорь Жук, «Ваяр», фото автора