В этом году в нем участвовали представители 18 стран мира (Украины, России, Беларуси, Великобритании, США, Китая, Болгарии, Македонии, Израиля, Польши…). Всего на конкурс было представлено более 130 работ.

В фестивале участвовала и телекомпания «ВоенТВ» Министерства обороны Республики Беларусь, работы которой были представлены в пяти номинациях.

В соответствии с решением международного жюри фестиваля телекомпания «ВоенТВ» отмечена дипломом I степени и специальным призом в номинации «Этих дней не смолкнет слава» за создание совместного с Министерством культуры Республики Беларусь проекта «Июнь 41‑го. Западный особый».

Дипломами II степени телекомпания «ВоенТВ» награждена сразу в трех номинациях: «Боевое братство» — за информационно-познавательную программу «Арсенал», «Родина. Честь. Долг» — за документально-публицистический фильм «Свои», «Никто не забыт, ничто не забыто» — за хроникально-документальный фильм «Крылья».

В международном конкурсе телепрограмм «Победили вместе» телекомпания «ВоенТВ» принимала участие уже в третий раз, и каждый год ее работы побеждали или были отмечены призовыми местами.

* * *

В Минске прошел заключительный тур второго этапа чемпионата Республики Беларусь по гандболу среди мужских команд. В последнем в сезоне матче гандболисты «Динамо-Минск» уверенно переиграли БГК имени Мешкова со счетом 34:26 (18:11).

По завершении этой игры состоялась церемония награждения победителей и призеров чемпионата. Бронзовые медали вручены армейским спортсменам из гандбольного клуба «СКА-Минск», серебряные — их коллегам из Брестского гандбольного клуба имени А. П. Мешкова. Золото республиканского первенства — у гандбольного клуба «Динамо-Минск».

В ходе данного учения отрабатывались действия подразделений инженерно-саперной роты 2‑й ибр в составе подвижных отрядов заграждений (ПОЗ) главного командования Вооруженных Сил. Как отметил начальник инженерных войск Вооруженных Сил — начальник управления инженерных войск Генерального штаба Вооруженных Сил полковник Олег Воинов, актуальность темы этого РТСУ определена возрастающей ролью минно-взрывных заграждений в современном общевойсковом бою.

В учении приняли участие также вертолетные экипажи 50‑й смешанной авиабазы и личный состав одного из взводов 1‑й мотострелковой роты 339‑го отдельного механизированного батальона 120‑й гвардейской отдельной механизированной бригады. Цель привлечения мотострелков на данное ТСУ — отработка их взаимодействия с инженерными подразделениями, а также совершенствование навыков ведения инженерной разведки. А экипажи вертолетных минных раскладчиков ВМР-2 впервые выполняли задачи совместно с наземными средствами механизации минирования.

…Мы приезжаем в район сосредоточения ПОЗ во время зарядки комплектом мин вертолетов‑заградителей. О том, что боевая работа воинов‑инженеров в самом разгаре, свидетельствуют испарина на их лицах и заполненные более чем наполовину кассеты в одной из вертушек.

— Пожалуйста, не отвлекайте бойцов, — строго говорит фотокорреспондентам командир инженерно-саперного взвода лейтенант Николай Тетерук, — у них же норматив…

Офицер поясняет: расчету из семи человек необходимо загрузить по 200 мин в каждый из двух вертолетов всего за час. Для этого они разбиты на три группы: двое военнослужащих укладывают мины в кассеты, двое подают снаряды в вертолет, а еще трое входят в так называемую группу подноски. У этой троицы, пожалуй, самая непростая работа — транспортный автомобиль со снарядами расположен на удалении в несколько сот метров от каждой из вертушек. Ну а каждая из мин весит около 10 килограммов — путем нехитрых математических вычислений можно подсчитать, что каждому подносящему в итоге придется доставить на почтительное расстояние более тонны «груза».

К концу загрузки невооруженным глазом заметно, насколько медленнее передвигаются подносчики снарядов. Но то ли близость долгожданной передышки, то ли висящий дамокловым мечом норматив подстегивает воинов‑инженеров. И те, собрав волю в кулак, совершают уверенный финишный рывок, уложившись в установленные временные рамки.

Через несколько минут военнослужащие уже переводят дух в укрытиях. Заводятся двигатели вертолетов — и начинается «посевная»…

Пока мотострелковый взвод ведет учебный бой в близлежащем лесу, воины-инженеры готовят условному противнику коварную ловушку. Вертолеты-заградители выполняют задачу по минированию в считанные мгновения, после чего в дело вступают наземные ПОЗ — прицепные минные заградители ПЗМ-4. Расчеты двух «пэзээмок» укладывают в почву и на грунт по сотне мин. Мотострелковый взвод выходит из боя, направление его движения проходит через установленные «минные грядки». Завидев «своих», комендантская служба выходит из укрытия и обеспечивает проход воинов в минном поле. Техника тоже преодолевает заграждение — и тогда проход вновь минируется. А прицепные заградители тем временем проводят дозарядку очередным боекомплектом, после чего «сажают» еще по одной сотне боеприпасов. Пройти через такие «грядки» без потерь неприятелю будет ой как непросто…

Подводя итоги ротного тактико-специального учения, полковник Олег Воинов пояснил: проведение РТСУ стало очередным этапом обучения подразделений инженерных войск, предназначенных для действий в составе подвижных отрядов заграждений главного командования Вооруженных Сил. Так, в прошлом году было проведено тактико-специальное занятие с ПОЗ на вертолетах. Теперь же экипажи ВМР-2 выполняли задачи совместно с наземными средствами минирования. Апробирование новых приемов и способов применения ПОЗ стало одной из важнейших задач этого ответственного РТСУ.

Старший лейтенант Георгий Потапов, potapov@vayar.sml.by © Фото Рамиля Насибулина

Предлагаем обсудить данный материал на форуме официального сайта Министерства обороны Республики Беларусь http://forummod.bn.by в разделе «Обсуждение статей в «Белорусской военной газете. Во славу Родины».

Сегодня, как и 70 лет назад, личный состав арсенала выполняет задачи по хранению, приемке и отправке, ремонту и утилизации ракет и боеприпасов (только в течение 2011 года утилизировано 19,4 тонны элементов боеприпасов). Эти комплексные мероприятия обеспечивают сохранность и постоянную готовность ракет и боеприпасов к использованию по прямому назначению.

Начальник 43‑го арсенала полковник Сергей Примаков подчеркнул: большое внимание уделяется вопросам сохранности ракет и боеприпасов. Наличие периметральной и объектовой сигнализации «Ночь», пропускной режим ставят надежный заслон попыткам проникновения в зону хранения. Постоянно проводятся мероприятия по усилению сохранности боеприпасов и защищенности арсенала — в дополнение к стационарному обнаружителю металлических предметов «Щит-01» применяется малогабаритный металлоискатель «Гаррет».

Сейчас в арсенале реализуется Государственная программа размещения боеприпасов, в рамках которой проведены капитальный ремонт десяти хранилищ и текущий ремонт девяти, переуложены и укрыты три площадки открытого хранения. Несмотря на то что многие хранилища 43‑го арсенала были построены еще в 1944–1946 годах, они и сегодня полностью пригодны для хранения боеприпасов. Строили тогда качественно и на совесть. А ведь время было голодное и бедное — 43‑й арсенал, напомню, был сформирован в годы Великой Отечественной войны…

Еще одна особенность арсенала: в течение почти 30 лет эта воинская часть служила, по сути, и прикрытием для другой части — 388‑й технической ракетной базы. Как рассказал заместитель начальника арсенала по идеологической работе подполковник Николай Заболотный, о том, что здесь когда-то располагалась другая структура — со своим командиром, штатом офицерского состава, караулом, складами, штабом и даже забором с сигнализацией, помнят все ветераны части.

Они и станут главными гостями 43‑го арсенала ракет и боеприпасов 18 мая — в день празднования его юбилея.

Поздравляем!

Подполковник Игорь Кандраль, kandral@vayar.sml.by © Фото автора

В ходе пресс-конференции накануне Дня Победы в прошлом году мной было приведено известное предостережение Бертольда Брехта — «плодоносить еще способно чрево» — вместе с иллюстрацией явно неадекватного действа, когда «человек с очень выразительным лицом» в так называемый «день молодой белорусской нравственности» сжигал книги белорусского писателя-патриота.

После пресс-конференции разразился страшный интернет-скандал. Поджигатель оказался неким блогером господином Липковичем (сам признался) — личность очень странная, с явно выраженными чертами отклоняющегося поведения.

Правда, по поводу пресс-конференции мне досталось больше всего от моих же друзей, которые сетовали: как можно обижать больных людей. Ведь есть же медицинская деонтология.

Мои возражения — ведь нигде не сказано, что Липкович больной человек, и вообще я не врач, чтобы придерживаться деонтологических норм (деонтология — это система принципов взаимоотношения врача и пациента), — оказались явно слабыми и не выдерживали критики.

«Нельзя обижать больных людей» — этот вердикт был поставлен четко и бесповоротно. Но откуда же я мог знать, что Липкович болен.

«А тебе разве мало самого факта поджигания книг? — заявляли мои товарищи. — Ведь есть же международная классификация болезней десятого пересмотра, где четко дается характеристика психических расстройств и расстройств поведения, в частности расстройства привычек и влечений (F63). Среди них наряду с патологическим влечением к азартным играм, воровству (клептомания) и иным есть также патологическое влечение к поджогам (пиромания) — F63.1. Разве может нормальный человек сжигать книги?».

Мои возражения по поводу пиромании также не были приняты во внимание. «Ты же сам на пресс-конференции сказал, что «нацисты сжигали книги и людей, неофашисты Пиночета уничтожили первый в мире суперкомпьютер, а в наше время некто, позорящий интернет-сообщество, пытается сжигать книги…».

Тем более что именно нацизм сам по себе и есть величайшая патология. Лучшие умы ХХ столетия сделали соответствующий вывод. Читайте книги выдающегося немецкого мыслителя Эриха Фромма «Анатомия человеческой деструктивности», «Адольф Гитлер — клинический случай некрофилии» и другие.

«Но причем здесь Липкович и где написано, что он болен?..» — продолжал я сопротивляться.

Мне был сразу же продемонстрирован сайт «Предатели»  http://www.predateli.com/index.php? option=com_content&view=article&id=77:2011-10-06-12-32-35&catid=1:2011-09-05-05-27-36&Itemid=2), где подробно описаны похождения Липковича, включая весьма печальный факт его биографии, связанный с тем, что он именно по медицинским показаниям так и не мог проходить службу в Советской Армии.

…Тем не менее моя глубокая убежденность — в том, что феномен липковичей далеко выходит за рамки медицинских критериев и тем более психиатрии.

Речь идет о воинствующей безнравственности и безнормности, поведенческих девиациях отдельных личностей, лежащих все же в плоскости психического здоровья.

Неужели Липкович не знаком с элементарными моральными нормами и не знает, что как-то нехорошо призывать сжигать книги и разбивать телевизоры, если по ним идут программы белорусского телевидения? Знает! Получил же он какое-то образование в советской средней школе и даже пытался учиться далее…

Другой вопрос в том, что именно в рамках психического здоровья следует искать причины нездоровья морального.

Липкович абсолютно здоров. Прекрасно понимает абсурдность своего поведения, но отдельные черты его характера явно зашкаливают. Это бывает. Именно в рамках здоровья существует обширный перечень отклонений в поведении, в том числе на гране патологии. Есть и соответствующие показатели. Например, при эпилептоидной форме акцентуации характера (от французского слова «акцент» — ударение) человек злобен, агрессивен и жесток. Кстати, на майке Липковича написано: «Заколю!»…

Я не говорю уже о писанине липковичей, когда даже «Словарь уголовного блатного лагерного жаргона» явно отдыхает. Причем именно в этом строго научном издании есть интереснейшая статья академика Д. С. Лихачева «Черты первобытного примитивизма воровской речи…».

Именно первобытный примитивизм липковичей и лежит в основе соответствующего поведения.

И что за напасть такая, что именно на Беларусь напала стая либероидов типа липковичей и суздальцевых, отличающихся извращенными формами поведения и пытающихся играть некую роль в дьявольском антибелорусском действе…

Но общественность должна знать правду про липковичей. Поэтому мы публикуем информацию, содержащуюся на вышеупомянутом сайте в материале Алеся Елового «Больная оппозиция».

В 2011 году в «независимых» СМИ очень много шума было по поводу «главного» блогера и «крутого» оппозиционера — некоего Липковича. Того самого, который ежегодно сжигает книги белорусского писателя-патриота в так называемый «день молодой белорусской нравственности».

Но, оказывается, Липковича нельзя обижать. Его нельзя вообще трогать. Дело в том, что еще в Советском Союзе он был начисто списан с военного учета в соответствии с пунктом 8‑б Положения о медицинском освидетельствовании в Вооруженных Силах СССР, утвержденного еще приказом министра обороны СССР 1973 года № 185.

Как бы ни хотелось назвать причину невозможности Липковичу служить в армии, следует все же придерживаться принципов медицинской этики…

Тем не менее про Липковича можно лишь сказать, как в фильме, ставшем классикой советской кинокомедии: «Гражданин судья, а он не может сесть…». А тем более он не может служить в армии.

Но что делать? У всех оппозиция как оппозиция, а в Беларуси… одни липковичи, которых даже трогать противопоказано.

Кстати, в нашей стране медицинские критерии отбора для прохождения военной службы еще более жесткие, чем в СССР. Так что если человек действительно болен, например, у него имеет место дефицит веса, то с призывом в армию действительно придется подождать, несмотря на то что именно в армии вполне реально быстро откормить человека для достижения им нормального веса.

Что же касается Липковича, на таких, увы, долг и священная обязанность по защите Отечества не может распространяться.

В мирное время они вредны, а в военное — опасны.

P. S. Есть книга выдающегося американского психолога и психотерапевта Эверета Шострома «Анти-Карнеги».

Автор умело раскрывает сущность навязываемого людям так называемого «комплекса Дейла Карнеги». Того самого Карнеги, который усердно убеждает нас в том, что мы непременно должны завоевывать друзей и влиять на людей.

Но если вы будете жить по Карнеги (не раздражайтесь, будьте всегда приятными и т. д.), то в конце концов рано или поздно попадете к психотерапевту в качестве пациента — считает Э. Шостром.

Поэтому периодически следует показывать плохим мальчикам типа Липковича, кем они являются на самом деле…

Владимир Макаров, начальник управления информации главного управления идеологической работы Министерства обороны, кандидат педагогических наук

18 мая 1942 года в оккупированном гитлеровскими захватчиками Минске вышел в свет первый номер подпольной газеты «Звязда». Название было дано неслучайно — оно принадлежало одной из старейших и популярных в республике газет. По решению членов Минского подпольного горкома партии ее редактором назначили студента института журналистики Владимира Омельянюка, который уже с первых дней войны размножал и распространял сводки Советского информационного бюро, писал листовки. Но их выпуск не до конца удовлетворял журналиста-подпольщика: «Нужна массовая, печатная газета!» — считал он. Именно таковой и стала «Звязда» — печатный орган подпольного городского комитета КП (б)Б. Ее тираж составлял тогда более двух тысяч экземпляров.

Создавать подпольную газету приходилось в сложных условиях жесткого оккупационного режима. Поначалу не было ни бумаги, ни шрифтов, ни печатного станка, отсутствовало помещение… Кроме того, в нашей столице рыскали провокаторы, которые отслеживали любые активные действия патриотов‑минчан. Владимир Степанович Омельянюк даже в этих условиях, проявив завидную находчивость, смог решить, казалось, неразрешимую задачу. Подпольная газета тайно набиралась в типографии Дома печати, оттуда набор по частям поступал на конспиративную квартиру, а далее «Звязда» печаталась вручную.

В первом номере она сообщала о событиях на фронтах и в советском тылу, о боевых подвигах белорусских партизан. Там же была помещена статья Якуба Коласа «Заря освобождения занимается над Белоруссией». Подпольщики расклеивали газету на стенах домов столицы, раскладывали в почтовые ящики горожан, смогли даже доставить ее в Бобруйск, Барановичи, Гомель, Оршу…

Узнав о выпуске подпольной газеты, фашисты пришли в ярость. Оккупационные власти всячески пытались установить местонахождение редакции. Одному из провокаторов удалось выследить Владимира Омельянюка. И 26 мая 1942 года вражеская пуля сразила героя Минского подполья.

Однако «Звязду» тем самым фашисты не убили. После смерти редактора газета выходила еще не один раз. Патриотическое печатное слово продолжало воевать, призывая сограждан к разгрому врага, вселяя в их души веру в Победу.

Погибли от рук фашистов и выпускавшие первый номер Борис Пупко, Михаил Свиридов, Михаил Петрович Воронов и его сын Михаил… В память о редакторе подпольной газеты Владимире Омельянюке и его соратниках первый номер «Звязды» был вновь отпечатан в июне 1942 года дополнительным тиражом.

Уже после окончания войны в нашей республике были установлены четыре памятника подпольщикам, издававшим газету-бойца. А к 60‑летию Победы в Великой Отечественной войне по предложению Ивана Шамякина столичный проспект газеты «Известия» был переименован в проспект газеты «Звязда».

«Звязда» сыграла значительную роль в деле борьбы с немецко-фашистскими захватчиками, укрепила моральный дух подпольщиков и партизан, вдохновила их на новые боевые операции. Ее заслуги высоко оценены — газета награждена орденом Отечественной войны I степени, а редактору подпольной «Звязды» Владимиру Степановичу Омельянюку 8 мая 1965 года посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

Майор Елена Затирка, zatirka@vayar.sml.by

Порой складывается ощущение, что в последние два десятилетия мебельные фабрики появились чуть ли не в каждом городском квартале. Но так ли это? И какая опасность кроется в таком положении дел?..

Запутанный конвейер

Еще с советских времен наши главные деревообрабатывающие предприятия — разного рода «-древы» и «-доки» — пользуются не самой лестной репутацией в области производства мебели. Нарекания по сей день вызывает не только качество продукции, но и «дубовый» дизайн, крайне скудное предложение в ассортименте серийных моделей. А об индивидуальном подходе к покупателю и речи быть не может.

Иное дело частные фирмы. Они мобильны и гибки: и на дом приедут, и обмеры сделают, и компьютерный дизайн-проект составят… Что еще надо для нашего не избалованного сервисом человека? Для воплощения интерьерной мечты всего-то и надо — дизайнера вызвать (бесплатно!) и пальчиком выбрать на мониторе ноутбука подходящий вариант. Ах да — придется еще подождать недельку или месяц, пока индивидуальный заказ исполняется. Проще пареной репы…

Как бы не так! Пока отечественный капитализм окончательно не эволюционировал из дикой стадии своего развития в цивилизованную, без сучка и задоринки у нас разве что лампочку купить можно (предварительно проверив ее в магазине). Доказательство тому — отзывы на работу мелких мебельных фирм и салонов, которых в избытке указано на специализированных интернет-сайтах.

Благодарность довольных покупателей здесь встречается так же редко, как вода в пустыне. Все больше — проклятия, а то и нецензурная брань. Вот, к примеру, выдержки из отзывов на профессионализм с приставкой «не-» одного индивидуального предпринимателя, взятые с сайта www.otzyvy.by: «Упаси вас Бог, уважаемые покупатели, связаться с этим ГОРЕ-МАСТЕРОМ!», «Абсолютная непорядочность и постоянный обман», «Никогда и ни за что не заказывайте мебель у этого проходимца, тем более не давайте ему аванс, потому что сразу после этого он исчезнет с вашими деньгами».

Я ничуть не настаиваю на том, что все индивидуальные предприниматели, работающие в мебельном бизнесе, нечисты на руку. Подмоченную репутацию имеют и многие широко разрекламированные магазины. Замечено: даже в солидных, на первый взгляд, салонах мебели всякие любезности и «индивидуальный подход» заканчиваются, едва деньги клиента оказываются в кармане продавца.

В качестве примера приведем «характеристику» одной из крупных столичных сетей мебельных магазинов, оставленную пострадавшим клиентом на форуме сайта www.semeistvo.by в ветке «Черный список контор по ремонту и отделке квартир». «При заказе и предварительном общении все понравилось. Оговорили дизайн, цену и др., а затем стали ждать указанной даты, когда приедет наша долгожданная кухня. И вот тут начались приключения… Привезли нам наши части кухни, и уже сразу стало ясно, что как-то не складывается кухня нашей мечты из привезенных ящиков и досочек… В общем, мы получили наполовину собранную кухню. Косяки обещали ОПЕРАТИВНО устранить за 2 недели. В итоге на исправление всех недоделок ушло примерно 2 месяца и неизвестно сколько наших нервов».

…Проанализировав негативные отзывы на работу продавцов мебели по индивидуальным заказам, можно выделить две главные проблемы, с которыми сталкиваются клиенты. Во‑первых — значительное увеличение сроков изготовления заказа. Во‑вторых — ненадлежащее качество изготовления и последующей сборки. Как правило, эти проблемы «ходят» вместе.

Ну а худший вариант — берут задаток и… исчезают. А это уже мошенничество. И деньги вернуть архисложно, если не позаботился о своей финансовой безопасности заранее…

Причины могут таиться не только в личности продавца, но и в самой системе мебельного бизнеса. Дело в том, что большая часть фирм и индивидуальных предпринимателей, чьими объявлениями пестрят наши подъезды и страницы рекламных газет, по существу, не производят мебель и не имеют соответствующего оборудования!.. Они выступают лишь посредниками между потребителем и предприятиями, которые занимаются распилом ламинированного ДСП (ДВП), продажей мебельной фурнитуры и прочими сопутствующими операциями.

К примеру, имеется салон кухонь на первом этаже жилого дома или на арендных площадях крупных мебельных центров. В нем находятся несколько образцов мебели, и девушка-дизайнер, освоившая простенькую программу по созданию 3D-проектов PRO100, она может рассчитать расход материалов, нужное количество кромки и фурнитуры, выполнить прочие несложные подготовительные мероприятия, необходимые для расчета итоговой стоимости заказа. Вот в принципе и вся фирма, не считая ее хозяина (у многих «ипэшников» нет и этого). Все остальные операции (замер помещений, подготовка чертежей, расчет размеров деталей, отступов для сверления отверстий, подготовка карт раскроя) выполнят подрядчики, которые могут обслуживать несколько салонов сразу.

Оформленный по определенным правилам заказ отправляется на производство — скажем, в Гродно. Или в гараж. Там из мебельных плит на специальных станках нарезают нужные детали и оклеивают их кромкой. (Как-то мне довелось побывать на одном из таких «производств»: в тесном складском помещении ютился недорогой форматно-раскроечный станок, а кромку рабочие клеили с помощью… утюга.) Собирать кухню также будет вовсе не мебельный салон, а его подрядчики — индивидуальные предприниматели.

Разумеется, при такой сложной и ненадежной схеме сбои возможны на каждой стадии «производства», даже если непосредственным изготовлением занимается крупная и авторитетная компания. Девушка-дизайнер может ошибиться с оттенком, обмерщик впишет лишний сантиметр, из-за которого кухня не влезет в помещение, гаражный распильщик напортачит с деталями, сборщики окажутся хамами и тунеядцами… В итоге потребители страдают от задержек, некачественного производства и установки. Вдобавок и виновных вычислить довольно трудно.

Как не попасться на «развод»?

1. Изучайте репутацию продавца до того, как покупать товар.

Лучшая характеристика фирмы — не рекламный буклет или магазин в престижном районе, а отзывы клиентов. Бороздите просторы Интернета. Поиск стоит вести не только по названию магазина, но и по наименованию организации, владеющей этой торговой площадкой. Неплохой электронный ресурс для помощи в этом деле — уже упомянутый выше сайт www.otzyvy.by.

Не стесняйтесь потребовать перед оформлением заказа книгу отзывов и предложений. Если фирма нечиста на руку — там обязательно найдутся «следы» ее нечестной работы. Ежели вам не хотят давать «Книгу жалоб» — это также повод задуматься.

К сожалению, практика показывает, что даже рекомендации знакомых не могут быть надежной гарантией от проблем. Ведь они, как отмечалось выше, заложены уже в самой системе постсоветского мебельного бизнеса.

2. Внимательно читайте договор.

Совет банальный, но действенный. Договор составляет продавец. А он зачастую стремится перестраховаться. В документе может быть не предусмотрена ответственность за задержку исполнения заказа или ненадлежащее качество мебели (или же эта ответственность весьма несущественна). Вам могут подсунуть и не договор вовсе, а, скажем, предварительную смету. В подписанном документе могут отсутствовать наименование юридического лица, адрес, печать фирмы. Вписан будет лишь номер мобильного телефона, который всегда недоступен…

3. Дешево — не значит выгодно.

Не стоит гнаться за низкой ценой. Дешевле бывает у тех, кто собирает мебель в гаражах, использует низкосортную фурнитуру, не платит налоги и не несет юридическую ответственность за последствия своих неправедных трудов.

В то же время дорого — во многих случаях вовсе не значит качественно, ибо цена нередко зависит не только от себестоимости мебели, но и от «коэффициента жадности» продавца (читайте первую рекомендацию).

4. Возникли подозрения — обращайтесь «куда надо».

Тягать за нос — это настоящее искусство, которым в совершенстве владеют недобросовестные предприниматели. Кухню вам могут везти месяц, два, пять… Столько же времени будут устранять недоделки. И на каждый ваш звонок (если дозвонитесь) директор фирмы и менеджеры найдут новую отговорку.

Выход один — жаловаться.

Можно отправиться в суд, но для этого потребуются хорошие юридические познания и море свободного времени. Проще обратиться с жалобой в службу «Одно окно» исполнительного и распорядительного органа власти (исполкома), на территории которого зарегистрировано юридическое лицо. В каждом исполкоме имеется уполномоченный по защите прав потребителей. Его координаты можно найти на сайте Министерства торговли Республики Беларусь (www.mintorg.gov.by) в разделе «Защита прав потребителей/Контакты/Уполномоченные по защите прав потребителей местных исполнительных и распорядительных органов». Иногда вмешательство чиновников отрезвляюще действует на обидчиков.

Но самый, пожалуй, здравый шаг — обращение в общественные объединения, занимающиеся защитой прав потребителей. В Беларуси их несколько. В первую очередь это ОО «Белорусское общество защиты потребителей», которое имеет филиалы в регионах страны (адреса и телефоны можно узнать через Интернет, справочные службы или в местном исполнительном комитете). Есть также общественные объединения «Защита потребителей», «Потребитель», «Правовая защита потребителей», «Правозащита», «Центр защиты прав потребителей» и другие схожие по предназначению организации.

Полный перечень общественных объединений потребителей имеется на сайте Министерства торговли в разделе «Защита прав потребителей/Контакты/Общественные объединения потребителей».

Многие незаслуженно игнорируют эти крайне полезные организации, между тем имеется множество примеров их эффективной работы. Там трудятся грамотные и опытные юристы. За свои услуги они берут небольшие деньги, которые потом включаются в сумму, подлежащую возмещению по решению суда. Вот очередной пример: «Заказывала кухню для мамы. В итоге намучилась с установкой и исправлением косяков. Звонила и просила все исправить в течение 4 месяцев, потом мама уговорила меня подождать еще 3 месяца… Короче, я обратилась в Белорусское общество защиты потребителей — и… Выплачена была стоимость кухни + 200 у. е. за моральный ущерб. Так что не отчаивайтесь — выход есть — и не тратьте свои нервы. Телефон того юриста я храню, и теперь чуть что — только к ней».

* * *

Цель этой публикации — не запугать, а прежде всего предупредить. Заказывая мебель, всегда помните, что в мире немало недобросовестных людей. Будьте предельно внимательны при выборе исполнителя, совершении сделки и оплате товара. Ведь даже самая дешевая кухня или шкаф-купе стоят немалых денег.

Еще хочется обратить внимание читателей на то, что сегодня любой из нас при разумном подходе в состоянии самостоятельно изготовить каркасную мебель, начиная от компьютерных и обеденных столов и заканчивая шкафами-купе и даже (при надлежащем опыте) встроенными кухнями. Ведь корпусная мебель — это своего рода конструктор, сборка которого требует минимальных инструментов: дрель, шуруповерт, отвертка, столярный ножик, иногда электролобзик.

В крупных городах существует немало фирм, предлагающих услуги по распилу ДСП (ДВП), оклеиванию кромкой и продаже фурнитуры. Их реквизиты нетрудно найти в Интернете — как и подробные инструкции по самостоятельному изготовлению мебели. Самое трудное в этом деле — решиться на такой шаг (решающим стимулом здесь могут стать итоговая цена и качество мебели).

…Приглашаем читателей высказать свое мнение по теме этой публикации и поделиться личным опытом покупки мебели под заказ на форуме официального сайта Министерства обороны в разделе «Обсуждение статей в «Белорусской военной газете» (http://forummod.bn.by). Здесь же вы сможете найти полезные ссылки и контактные данные общественных объединений и государственных должностных лиц, занимающихся защитой прав потребителей.

Капитан Александр Холод, holod@vayar.sml.by

© Фото автора

В соответствии с директивой Министерства обороны Республики Беларусь от 26 мая 2005 года № Д-12 было создано управление противопожарной защиты и аварийно-спасательных работ Вооруженных Сил. Тогда начальником управления — главным инспектором по пожарному надзору Вооруженных Сил был назначен полковник Г. Л. Шорох. С 2006 года управлением руководил полковник А. С. Ткачук, в 2007‑м его возглавил подполковник А. И. Прудников.

— Ежегодно в республике в результате пожаров и других чрезвычайных ситуаций гибнут более тысячи человек, а ущерб экономике и экологии страны составляет десятки миллиардов рублей, — говорит начальник управления — главный инспектор по пожарному надзору управления противопожарной защиты и аварийно-спасательных работ Вооруженных Сил ныне полковник Андрей Прудников. — Несмотря на то что причин у этих трагедий десятки, в большинстве случаев все сводится к пресловутому «человеческому фактору».

Круглосуточно противопожарные подразделения Вооруженных Сил несут свою вахту. Все взрыво– и пожароопасные объекты — базы хранения военной техники и оружия, арсеналы и склады боеприпасов, соединения и воинские части, военные аэродромы и полигоны — находятся под их контролем. Ведь отсутствие надлежащего внимания приводит к последствиям, о которых все знают и даже стараются не вспоминать: плачевных, трагических примеров тому хватает… Именно поэтому труд личного состава противопожарных подразделений бесценен — они в первую очередь призваны стоять на защите жизней людей.

20 мая службе противопожарной защиты Вооруженных Сил исполнится 85 лет. Это значимая дата, вобравшая в себя победы (и поражения, увы…) в борьбе с одной из самых страшных стихий. Даже в канун празднования этого юбилея полковник Андрей Прудников призывает всех наших читателей:

— Задумайтесь и сделайте все зависящее от вас, чтобы не допустить новых трагедий. А людей, связанных с благородным делом — противопожарной защитой, прошу принять искренние пожелания благополучия, добра, крепкого здоровья.

Для того чтобы увековечить память о рыцарях долга и обобщить путь, пройденный огнеборцами в армейском строю, в управлении практически подготовлена книга о службе противопожарной защиты Вооруженных Сил. Выпустить в свет ее планируется в нынешнем, юбилейном году.

Подполковник Игорь Жук, juk@vayar.sml.by © Фото Игоря Кандраля

Командир батареи гвардии старший лейтенант Виталий Мельников доволен службой своего подчиненного. Александр Шепетюк не раз поощрялся командованием бригады и дивизиона.

Подполковник Александр Севенко, sevenko@vayar.sml.by © Фото автора

(Продолжение. Начало в номере за 8 мая.)

Журнал Вооруженных Сил Республики Беларусь «Армия» (см. № 6 за 2010 год) посвятил Юшкевичу очерк. Однако за рамками того материала осталось немало другой любопытной информации. Скажем, в группу под оперативным псевдонимом «Еж» входил лейтенант Николай Шпаков, а юному красноармейцу Юшкевичу, по данным краеведов Янтарного края, присвоили сначала псевдоним «Орел». Но потом, согласно архивным материалам, юноше, привлеченному 19 июля 1944 года к службе в спецчастях оперативной разведки Генерального штаба Красной Армии, был присвоен оперативный псевдоним «Трус», что в переводе с белорусского — «Кролик». Будто бы красноармеец Юшкевич «имя» это себе выбрал сам в ответ на замечание начальника разведывательного отдела штаба генерала Е. В. Алешина: «А не много ли «колючих» в одной группе?». Мол, что ж, товарищ генерал, не хотите колючек, давайте буду «пушистым».

В 2008 году калининградские поисковики после активных архивных разысканий установили у границы с Польшей близ Озерска (в прошлом немецкий городок Даркемен), в поселке Заозерное, православную часовню и небольшой памятник бойцам невидимого фронта Генерального штаба Красной Армии и НКГБ СССР — разведчикам из разведгрупп 3‑го Белорусского фронта «Джек», «Максим», «Восход» и «Орион». Посетить это памятное место в числе других был приглашен и Геннадий Николаевич Юшкевич, Генка-«Ежик».

Известный калининградский краевед-историк полковник милиции Юрий Ржевцев рассказал тогда, что с лета 1944‑го по январь 1945‑го в Восточную Пруссию было десантировано с самолетов около 150 разведгрупп. Многие из них погибли, будучи расстрелянными гитлеровцами еще в воздухе. Другие попали в плен, но успели сообщить, что работают под контролем. Третьи, нарвавшись на засаду, были уничтожены сразу после высадки. Судьба некоторых разведчиков и поныне остается неизвестной. Например, из группы «Джек» без вести пропавшими до сих пор числятся два Ивана — Овчаров и Моржин.

Вот что рассказывал тогда сам Геннадий Юшкевич о тех днях:

«Работали мы в гражданской одежде. В ночь на 27 июля 1944 года, возле поселка Лаукнен (ныне Громово Славского района. — Авт.), нас, 10 человек, во главе с командиром Павлом Крылатых сбросили на парашютах с «Дугласа» (по архивным данным — с отечественного воздушного транспортника Ли-2. — Авт.). Глубокой ночью летчик ошибся на 26 километров и выбросил нас в лесу у Куршского залива, не там, где было запланировано. Позже самолет был сбит у Куксена, в теперешнем Краснознаменском районе. При этом мы вовсе не проходили никакой парашютно-десантной подготовки и ни разу не тренировались, как это принято писать в книгах и показывать в кино про фронтовых разведчиков. Правда, за плечами у меня был почти трехлетний опыт партизанской работы в Белоруссии, в разведдиверсионной группе «Чайка», где пришлось повоевать вместе с переводчиком Наполеоном Ридевским. Взрывать немецкие эшелоны, уничтожать предателей и карателей.

Когда Белоруссия была освобождена, в штабе 3‑го Белорусского фронта, узнав, что я несовершеннолетний, решили отправить меня в киномеханики. Было мне в ту пору 15 лет (а партизаном «Ежик» стал в декабре 1942 года, уйдя из Минска, где октябре 1941 года была казнена фашистами его мать-подпольщица, выданная предателем; отец, военврач РККА, воевал на фронте. — Авт.). Да еще год в метриках себе добавил. И сквозь слезы сумел уговорить оставить меня в войсках. Но из разведчиков‑диверсантов отчислили, выдав направление в зенитчики. По дороге я сбежал от сопровождавшей меня на позиции артиллеристов молоденькой девушки. Случайно увидел своих старых друзей-партизан в грузовике, следовавшем к линии фронта. Запрыгнул в него, Ридевский меня узнал и буквально за несколько часов уговорил командование оставить меня в разведке. Так 26 июля 1944 года я был зачислен в штат на должность разведчика в/ч 61379, подчинявшуюся самому Судоплатову (Павел Судоплатов — знаменитый разведчик, генерал НКВД, организатор убийства Льва Троцкого и ряда других успешных диверсионных операций. — Авт.). Произошло это на аэродроме в поселке Залесье Сморгонского района, с личного разрешения начальника разведотдела 3‑го Белорусского фронта генерал-майора Евгения Алешина. И уже через несколько часов, с пистолетом «ТТ», рюкзаком продуктов и сносным знанием немецкого языка, я летел в «Дугласе» и чувствовал себя самым счастливым пацаном, первым вступившим в глубоком тылу на территории врага в Восточную Пруссию.

Мы приземлились в буквальном смысле в болото. В то время Восточная Пруссия была белым пятном для командования и адом для разведчиков. Прусский ландшафт крайне неподходящий для нашей работы. Поля были вылизаны чуть ли не метлой. Леса, в отличие от Беларуси, не дремучие, легко проходимые. Разделены на квадраты просеками и каналами. Возле Растенбурга, ныне польского Кентшина, располагалась ставка Гитлера «Вольфшанце» («Волчье логово»). Вся двухмиллионная провинция находилась под личным контролем Гиммлера. За неделю до высадки «Джека» в «Волчьем логове» было совершено покушение на фюрера, после чего режим для работы разведчиков ужесточился.

Когда нас посылали, многие штабисты не верили, что вернемся. Ведь 90% групп погибали или попадали в плен сразу после сброса. Связи со своей агентурой, как и ее самой, практически не было. Работать приходилось вслепую и, как того требовал от нас на аэродроме генерал Алешин, без диверсий и боев. Старались поменьше шуметь и уходить от прямых боевых столкновений. Работали в основном по ночам. Днем отлеживались в лесу и у перелесков возле канав. Главной задачей было следить за перевозками боевой техники по шоссе и железным дорогам, которые связывали Кенигсберг с Инстербургом и Тильзитом. Собирали сведения о наличии воинских, артиллерийских складов, дислокации военных аэродромов и обеспечивали нашим радисткам Зинаиде Ардышевой и Анне Морозовой сеансы радиосвязи. Прикрывали их «почтовые ящики» от внезапных визитов непрошеных гостей. «Почтовыми ящиками» были хорошо замаскированные места хранения двух радиостанций.

Иногда нарывались на засады, но уходили на польскую территорию, разбиваясь на группы. Тогда я еще подробно не знал, кто такая Аня Морозова. Только спустя много лет появится знаменитый фильм «Вызываем огонь на себя» о брянском подполье, где она проявила себя. А в 1965 году ей присвоят звание Героя Советского Союза. В 70‑х годах мне довелось побывать на месте гибели Ани Морозовой у польской деревни Дичево и узнать от местных жителей, бывших партизан, что Аня Морозова, спасаясь от преследования карателей и плена, взорвала себя гранатой.

А тогда, осенью 44‑го, у нас закончились продукты. Вокруг в лесах было много дичи и зверья. Но мы не могли стрелять, чтобы не обнаружить себя. По несколько суток нам не удавалось найти ничего съестного. Голодали, порой приходилось воду пить из дождевых луж, спали на земле, которую уже прихватывал мороз. О том, чтобы помыться в бане, не было и речи, одежда — летняя, давно сопрела от грязи и пота, заели вши. Но все новые и новые радиограммы уходили в штаб 3‑го Белорусского фронта с очень важной информацией. Хотя псевдоним у меня был «Трус», друзья за ершистый характер дразнили Ежиком. Тех разведчиков, которым удавалось продержаться в этих местах и условиях месяц, считали долгожителями».

«Группа «Джек» выдержала чуть больше полугода, — говорит главный эксперт по поиску военно-исторических ценностей областного министерства культуры полковник в отставке Авенир Овсянов. — И не зря вошла в специальный английский каталог лучших разведгрупп мира».

Как следует из архивных документов, Геннадий Юшкевич являлся бойцом группы «Джек» под командованием капитана Павла Крылатых с 26 июля по 1 октября 1944 года (судя по фото из его личного дела, выглядел он мальчишка мальчишкой, хотя и с большой серьезностью во взгляде). Выполняя задание в сложной боевой обстановке, группа несла тяжелые потери. Через два дня после десантирования погиб командир. Группу возглавил лейтенант Шпаков, который спустя два месяца также погиб (в бою был тяжело ранен и, стремясь избежать плена, застрелился). Позднее был убит разведчик Иосиф Зварика. Переводчик Ридевский, бойцы Юшкевич, а затем и Целиков отбились от группы. Связь штаба фронта с группой прекратилась в декабре 1944 года.

Вновь слово Геннадию Юшкевичу:

«С тех пор, оставшись без связи, без продуктов питания, без источников тепла перед наступлением зимы, изможденные и обессиленные, на боевых позициях врага в Восточной Пруссии, мы были обречены. В штабе фронта нас преждевременно похоронили, обозначив это клеймом «пропал без вести», о чем известили моих родных. В то суровое время это расценивалось чуть ли не как измена Родине, но трое — я, Иван Целиков и Наполеон Ридевский, выжили и 20 января 1944 года возвратились в штаб фронта».

За действия в Восточной Пруссии Генка-«Ежик» был награжден орденом Славы III степени. А 10 мая 1945 года Юшкевич оказался на госпитальной койке в Инстербурге (ныне Черняховск). Сюда его привезли из Гумбиннена (ныне город Гусев Калининградской области), когда в ходе зачистки этого прусского городка он подорвался на мине-ловушке. В усадьбе господского дома увидел пианино и не удержался, решил сыграть: ведь до войны Генка успел поучиться в музыкальной школе. Едва коснулся клавиш — прогремел взрыв. Осколки впились в голову, один из них повредил левый глаз. Его тут же отправили в инстербургский госпиталь, а затем эвакуировали в Нижний Новгород. Военные хирурги сумели спасти жизнь юному разведчику, но с тех пор левый глаз у него был прищурен.

После войны Юшкевич окончил офицерские курсы внутренних войск и до 1952 года «зачищал» гродненские леса от прятавшихся там литовских «лесных братьев». Позже, когда из НКВД под крышу МВД уходил отдел по борьбе с бандитизмом, Геннадия в Комитет, куда он рвался на работу, почему-то не взяли. Перестраховщики-кадровики припомнили, что в годы войны он был за кордоном в Восточной Пруссии. Позволили лишь в Минском уголовном розыске ловить бандитов. Дослужился до капитана (по другим данным, до майора милиции). А в 2000 году ему было присвоено звание подполковник милиции.

Калининградский поэт и бард Евгений Гудовиков посвятил группе «Джек» стихи и подарил их Юшкевичу:

…А гестапо ищет русских!

Где ты, Третий Белорусский?

Не забыл ли штабо разведгруппе «Джек»?

Уж полгода пролетело!

Мы у самого предела…

До чего же стоек русский человек!

И не верится, ребята,

«Джек» вернулся в 45‑м!

Трое выжили назло крутым врагам!

Миллионы гибли. Все же

Жив разведчик Генка-«Ежик!»

Наш поклон, любовь, слеза к его ногам!

Девчонка идет в морпех!

А вот пример одной из многих, если так можно выразиться, «гаврошек», воевавших в действующей армии. Причем не в полевой пехоте, а в морской! Ей суждено было стать единственной женщиной Великой Отечественной, кто носил тельняшку морпеха.

22 июня 1941‑го Екатерине Деминой (которая тогда была еще Михайловой, Деминой стала в 1950‑м, когда вышла замуж) было 15 лет. Ленинградская школьница, успевшая окончить 9 классов и школу медсестер Российского общества Красного Креста, она по приглашению брата-летчика, который служил под Брестом, поехала к нему на каникулы. Известие о начале войны встретила под Смоленском. Решительно пошла в военкомат. «Сколько тебе лет, девочка?» — «Уже шестнадцать». — «Гуляй, дочка, не мешай работать!»

Пацанов таких «взрослых» отгоняли, не то что девушек! Она добавила к своим «шестнадцати» (16 ей исполнится только 22 декабря) еще пару годочков, и ей удалось-таки получить место в военном госпитале, развернутом на окраине Смоленска. Когда фронт придвинулся вплотную и госпиталь эвакуировали, Катя не уехала, а напросилась в боевую стрелковую часть. Под Ельней попала в окружение. Выходя из кольца, уже под Гжатском, получила тяжелое тройное ранение в ногу, попала в госпиталь. Лечилась долго, за это время успела побывать на Урале, потом в Баку. Тогда-то, выздоравливая, и попросила направить ее служить на флот. Удивительно, но просьбу девушки удовлетворили.

С января 1942 года она — на военно-санитарном судне «Красная Москва». Принимает на нем участие в Сталинградской эпопее — перевозит раненых по Волге через Каспий. Получает звание главный старшина. Но служба в тылу тяготит ее — она просится на боевой корабль. Тем более что летом 1942-го услышала по радио, что в Баку формируется 369‑й отдельный батальон морской пехоты Азовской флотилии, добровольцы которого будут высаживаться с бронекатеров и воевать на суше. «Ты думаешь, на госпитальном корыте поплавала — и уже морячка?!» — посмеялись над ее чудаческим желанием. Тогда она сама пошла к командиру 369‑го.

«Женщин не берем!» — наотрез отказал он. Она — опять. Он — свое: «Нет!». Она — еще. Он — неумолим. Она — снова и снова. Он — гонит ее и гонит.

(Продолжение следует.)

Полковник запаса Игорь Плугатарёв

Однако есть в нашей Беларуси учебное заведение специального профиля, в которое так запросто не поступишь, о котором некоторые даже не слышали, другие же знают о нем лишь из разного рода слагаемых в народе легенд…

Речь идет об Институте национальной безопасности Республики Беларусь.

Генералы и офицеры — выпускники Высших курсов КГБ СССР и Института национальной безопасности Республики Беларусь — ныне трудятся как в нашем Отечестве, так и в странах СНГ, дальнем зарубежье. И сильны они не только полученными здесь прочными знаниями и навыками, но и славными традициями, заложенными их старшими товарищами — ветеранами органов госбезопасности.

История же создания и дальнейшего совершенствования этого уникального учебного заведения, жизнь и судьбы большинства его выпускников — это, по существу, история деятельности органов государственной безопасности всех послевоенных лет как в Беларуси, так и в других республиках бывшего СССР…

В свое время школа оперативного состава № 302 во Львове, потом в Могилеве и Минске, затем Высшие курсы КГБ СССР готовили профессионалов для работы в контрразведывательных органах. И их историю невозможно разделить на некие разрозненные довоенные и послевоенные эпизоды.

Вспомним о том, что созданная в 1939 году Могилевская межкраевая школа НКВД (НКГБ) с честью выполнила задачу по обороне города на Днепре под началом майора госбезопасности Н. И. Калугина, прикрыв 25 июля 1941 года отход частей 172‑й стрелковой дивизии. Многие из курсантов и офицеров школы пали в том неравном бою. Другие же уходили в леса для организации партизанской борьбы или вливались в ряды подпольщиков.

Перед теми, кто остался на оккупированной нацистами территории Белоруссии, стояла непростая задача: организация партизанского движения во всех доступных формах, осуществление разведывательной, контрразведывательной и разведывательно-диверсионной деятельности в тылу врага. Прежде всего нужно было иметь свои «глаза» и «уши» во вражеских гарнизонах…

Безусловно, успех в тылу противника достигался благодаря профессионализму и мужеству наших разведчиков и контрразведчиков, которые должны были обладать качествами тонких психологов, умелых и компетентных оперативных комбинаторов, способных к ведению непрерывного интеллектуального поединка с противником. А для этого оперсостав необходимо было профессионально обучать…

Ведь разведка и контрразведка — это в любом случае невероятная по объему работа. Весьма трудная, а зачастую и смертельно опасная.

Говоря в этом смысле о приобретенном, профессионально, качественно обученном и воспитанном оперативным составом негласном аппарате, участвовавшем с риском для жизни в решении задач, стоявших перед спецгруппами НКВД (НКГБ) СССР, БССР и партизанами, действовавшими на оккупированной территории Белоруссии, следует отметить: в каждом случае сам оперработник-вербовщик должен был иметь безупречный уровень подготовки, оперативного мастерства, профессионально и психологически быть на голову выше приобретаемых им источников.

Разведчики, информаторы, боевики, связники, радисты, вербовщики, содержатели явочных квартир, «почтовых ящиков»… К каждому из них требовался специфический, сугубо индивидуальный подход. Ибо приобретались источники в разных условиях: в тылу СССР, в районах, которые находились под угрозой захвата противником, и непосредственно в тылу противника.

Этим богатейшим опытом на заключительном этапе войны обладали оперсостав и источники, а также преподавательский состав, пришедшие в 1944 году в возрожденную Могилевскую межкраевую школу НКГБ СССР из партизанских отрядов. Многим премудростям боевой агентурно-оперативной работы в особых условиях обучали переменный состав школы ее начальник — ранее командир спецотряда НКГБ БССР «Боевой» подполковник госбезопасности В. Л. Неклюдов, ряд ее преподавателей.

Несмотря на жесточайший оккупационный режим, массовые карательные акции, репрессии среди мирного населения и широкомасштабное использование гитлеровцами шпионов, террористов и диверсантов, добиться реального преимущества в борьбе с оперативными группами и спецотрядами органов госбезопасности СССР и БССР, ликвидировать всенародное белорусское партизанское движение врагу не удалось.

Из «Итогового отчета о проведенной партизанскими отрядами и оперативными группами НКГБ БССР оперативной, диверсионной и боевой работе в тылу немецко-фашистских оккупантов с 1 июля 1941 года по 1 июля 1944 года»:

«…К концу 1943 года были созданы в тылу врага 9 областных чекистских центров в областях Белоруссии: Витебской, Минской, Гомельской, Могилевской, Полесской, Вилейской, Барановичской, Пинской и Брестской, а в начале 1944 года такой же областной оперативно-чекистский центр был создан на территории Белостокской области…

За это же время в тылу противника оперативными группами выявлено агентов противника, предателей и изменников Родины — 37.446. В том числе: агентов противника — 6.109; предателей и изменников Родины — 14.377; разного антисоветского элемента — 16.960; выявлено резидентур противника — 338; установлено шпионско-диверсионных школ противника — 18; разоблачено агентуры СД — 801; разоблачено изменников Родины — 1.276. Изъято и доставлено в НКГБ видных представителей националистических организаций и агентуры противника — 33…

За трехлетний период войны было подготовлено и переброшено в тыл противника: оперативных работников НКГБ БССР — 919 чел.; работников НКВД и милиции — 749 чел.; подрывников — 425 чел.; радистов — 76 чел. Всего: 2.169 человек…».

Столь впечатляющих результатов оперативные группы смогли добиться исключительно путем самых тесных контактов с местными жителями. Свыше 9 тысяч подпольщиков и связных, проявляя массовый героизм и преданность Родине, снабжали разведчиков информацией о противнике, оказывали содействие в проведении диверсий.

1944–1945 годы также были нелегкими для органов государственной безопасности Белорусской ССР. Еще продолжалась Великая Отечественная война, и важным элементом оперативной обстановки было то, что на территории Белоруссии скрывалось немалое количество разыскиваемых лиц: агентов германских разведывательных и контрразведывательных органов, предателей, пособников нацистов, карателей, организовывавших разного рода террористические формирования. В этот незримый бой со временем вступали и выпускники возрожденной Могилевской межкраевой школы НКГБ СССР.

Характерно, что в составе первого набора школы вошли 530 белорусских партизан и подпольщиков, испытанных в боях и сражениях с противником на невидимом фронте. В командировочном удостоверении одного из них от 8 сентября 1944 года значилось: «Предъявитель сего — Гуринович Виктор Иванович направляется в распоряжение начальника Могилевской МКШ НКГБ, гор. Могилев с заездом в гор. Слуцк Минской области. К месту назначения обязан прибыть не позднее 14 сентября 1944 года».

Великая Отечественная война для молодого оперуполномоченного военной контрразведки НКО СССР по 407‑му полку 108‑й стрелковой дивизии Западного фронта В. И. Гуриновича началась драматично. После того как под Минском его полк был окружен гитлеровцами, Гуринович собрал оставшихся бойцов и командиров и повел их на прорыв в штыковую атаку. В том бою он был ранен и контужен.

Оказавшись на оккупированной нацистами территории, Виктор Иванович создал из своих земляков и военнослужащих, попавших в окружение, партизанский отряд, который наносил ощутимые удары по гитлеровцам, а затем соединился с другими отрядами. Будучи начальником особого отдела партизанской бригады, В. И. Гуринович наладил взаимодействие со специальной разведгруппой, заброшенной в немецкий тыл разведотделом штаба Западного фронта. Так появилась связь с Центром, и вскоре от партизан стала поступать ценная разведывательная информация о составе войск и разведывательно-диверсионных органах противника в Гресском, Слуцком, Стародорожском, Осиповичском районах, о выявленных там более чем 90 агентах немецких спецслужб.

Виктором Ивановичем также была получена и передана в Центр ценная стратегическая информация о новом немецком «чудо-оружии» (Wunderwaffe) — ракетах «Фау», которыми нацисты намеревались обстреливать Лондон.

С 1944 года срок обучения в Могилевской МКШ НКГБ СССР, как и до войны, стал одногодичным. Преподаватели прибыли туда из Высшей школы и межкраевых школ в Горьком, Хабаровске, Ташкенте, а также непосредственно из войск действующей армии и территориальных органов. Некоторые из преподавателей прошли и партизанскую школу. Курсантам школы совместно с оперсоставом НКГБ БССР приходилось решать и боевые задачи в ходе чекистско-войсковых операций, проводившихся в различных районах Белоруссии.

После освобождения Белоруссии, когда была восстановлена работа системы органов госбезопасности БССР, их главной задачей наряду с пресечением деятельности западных спецслужб стала борьба с антисоветским и уголовным бандитизмом. В ходе агентурных и чекистско-войсковых операций (в некоторых из них принимали участие и курсанты Могилевской МКШ НКГБ) в 1944–1945 годах были ликвидированы 268 бандгрупп (более 7 тысяч человек). После войны, в 1947 году, для усиления борьбы с националистическим подпольем сформировали управление 2‑Н МГБ БССР. Эти подразделения пополняли выпускники Могилевской МКШ НКГБ (МГБ) СССР.

Чекисты вступили в смертельную схватку с наследием войны — украинскими, литовскими, белорусскими националистическими бандформированиями, отрядами польской Армии Крайовой, другими государственными преступниками. Особенно это было характерно для западных областей нашей республики.

Героический подвиг чекистов тех трудных лет является для молодых сотрудников Комитета государственной безопасности Республики Беларусь достойным примером отваги, верности своей Отчизне и народу.

Безусловно, с окончанием Великой Отечественной войны произошли кардинальные изменения в оперативной обстановке. Вместо спецслужб нацистской Германии у МГБ СССР и БССР появился новый, не брезгующий ничем противник из числа бывших союзников по антигитлеровской коалиции — в лице спецслужб Великобритании, США, Франции и ряда других западных стран…

Николай Смирнов, пресс-группа ИНБ  Республики Беларусь