Разведка в операции «Багратион»


Летом 1944 года в Москве прошел марш пленных немцев. По Садовому кольцу под конвоем провели 57 тысяч немецких солдат и офицеров, захваченных в плен при проведении операции по освобождению Беларуси, которая вошла в историю как одна из наиболее масштабных и стремительных операций Великой Отечественной войны.

Но даже этот универсальный метод не мог решить главной проблемы — вести полноценную разведку ночью. В темноте наблюдатели засекали цель исключительно по вспышке выстрела. Отчасти обнаружить огневую точку ночью даже проще, чем днем, пламя от немецкого пулемета MG видно на дальности до трех километров. Разведчик немедленно вносил его в карточку целей. Зная это, немцы широко использовали средства имитации. В результате поле боя было усеяно точками ложных вспышек, как звездное небо. Разведывательные отделы были завалены дезинформацией. К примеру, реально на высоте окопалась пехотная рота, а по разведданным ночной смены там сидел в обороне целый батальон со средствами усиления.

— Применялись различные способы подсветки переднего края. Первый и самый доступный — с помощью осветительных ракет. Они входили в комплект к сигнальному пистолету. Местность они освещали слабо и очень быстро сгорали. За ночь можно было расстрелять целый ящик патронов. Столько у разведчиков не было, — рассказал ветеран войны Степан Карманов. — Поэтому мы больше любили артиллерийские осветительные снаряды. 120‑миллиметровый снаряд ОС после выстрела опускался на землю на небольшом парашюте. Факел горел почти две минуты, ярко освещая линию фронта в радиусе 800 метров. Мы могли разглядеть немецкую линию обороны в деталях.

Танкисты перед атакой

Но и этот способ имел существенный недостаток. Немцы знали: там, где активизировалась разведка, — жди атаки. Противник перебрасывал на этот участок фронта дополнительные силы. Вся работа разведчиков шла насмарку.

— Отчасти решить проблему удалось в 1943 году. На снабжение разведки поступили первые ночные приборы наблюдения. Впервые их применяли на танках БТ в начале войны, — отметил военный историк Владимир Геллер. — К началу операции «Багратион» специалисты Государственного оптического института разработали мобильную версию. Громоздкие приборы были неудобны в эксплуатации, имели малую емкость аккумуляторных батарей, боялись сырости и требовали бережной транспортировки. И все же они позволяли вести разведку ночью.

Немцы об этом, конечно, не знали. Они перемещали войска и боевую технику, полагая, что в темноте их не видно. В это время советские разведчики наносили цели на карту.

Накануне наступления советская разведка изучала немецкую оборону на всю глубину. Но при этом продолжала уточнять и перепроверять все данные. Командующий группой армий «Центр» фельдмаршал Буш часто проводил ротацию войск. Там, где еще вчера вечером стояла артиллерийская батарея, утром занимала оборону пехотная рота.

8. Разведка боем

Несмотря на тщательную и результативную разведку за 48 часов до наступления генерал Константин Рокоссовский провел массированную разведку боем на протяжении всей линии соприкосновения с противником. Все время, пока передовые части наносили точечные удары, разведка собирала данные, откуда немцы ведут ответный огонь, какие части начинают передислокацию, с каких аэро­дромов взлетает авиация. И так до самого времени «Ч». Неслучайно впоследствии во многих монографиях начало операции «Багратион» описывается как «непрерывная разведка боем, переходящая в наступление».

Мощное наступление Красной Армии застало немцев врасплох. К такому развитию событий фельдмаршал Буш готов не был. Продвижение войск было настолько стремительным, что абвер даже не успел эвакуировать свою борисовскую разведшколу. Непростительный прокол для спецслужб. Немецкая разведка не смогла обеспечить даже собственную безопасность.

Узнать сведения о противнике часто помогали местные жители

На передовой и вовсе царил хаос. Немецкое командование до конца так и не смогло осознать масштабы операции. Ошибочные приказы только усугубили положение немецких войск. Стабилизировать фронт не удалось. Группе армий «Центр» оставалось только одно — отступать. Так значилось в штабных документах. Реально это было настоящее бегство.

Буш обвинил в неудачах командующих армиями, слабо подготовивших оборонительные рубежи. О реальных причинах катастрофического поражения в Беларуси он узнал уже после отстранения от должности. Информация шокировала фельдмаршала.

Советская войсковая разведка разработала собственную стратегическую операцию. Впервые разведданные стали полноценным видом боевого обеспечения. В первом эшелоне действовала разведка переднего края. Наблюдатели вскрывали огневые точки, расположения минометных и артиллерийских батарей. Во втором эшелоне работали группы глубинной разведки. Радировали в штаб обо всех передвижениях противника в прифронтовой полосе — переброске резервов, маршрутах движения тыловых колонн, корректировали удары авиации и дальнобойной артиллерии.

— В глубоком тылу немцев действовали разведывательно-диверсионные группы — партизаны. Например, отряд Ваупшасова парализовал движение по железной дороге, перерезав маршруты поставки техники, горючего, боеприпасов, — рассказал ветеран войны, партизан Виктор Ерёмин. — Там, где нельзя было подойти к железной дороге скрытно, минеры нашего отряда применяли новую тактику. Например, атаковали участок железнодорожного полотна, перебивали охрану, подрывали пути. И так на пяти — десяти участках одновременно. Немцы просто не успевали их восстанавливать. В итоге скопились десятки эшелонов с техникой, боеприпасами, что, в свою очередь, ослабило противника на передовой и способствовало успеху наступления наших войск.

Допрос военнопленного

В результате исчерпывающих разведданных советское командование завершило самую масштабную операцию Второй мировой войны в рекордно короткое время c низкими потерями.

План Рокоссовского сработал. Сходящимися ударами советские армии разбили основные силы группы армий «Центр». А в районе Минска окружили и уничтожили 4‑ю немецкую армию. Ее командир генерал Типпельскирх бросил свои войска и бежал на самолете. В качестве оправдания он заявил Гитлеру, что боялся пленения советскими разведчиками, которые были повсюду: и на передовой, и в глубоком тылу.

29 июня Минск еще не взяли, а Сталин уже вручил генералу Константину Рокоссовскому бриллиантовую звезду Маршала Советского Союза. На своей карте он видел всю обстановку и наперед знал, как будут развиваться события дальше.

Колонна немецких пленных в освобожденном Минске

За освобождение Беларуси он наградил маршала Золотой Звездой Героя Советского Союза.

Свое преимущество перед противником советская вой­сковая разведка сохранит до конца войны. Универсальным бойцом стала и сама система ГРУ. Разведка пронизывала все звенья управления от Генерального штаба до стрелкового батальона. Была выстроена стройная система подготовки кадров, налажен массовый выпуск специальной экипировки, вооружения и средств связи. Тактика действий — закреплена в боевых уставах и наставлениях. В битвах за Москву и Сталинград, в операциях на Курской дуге и в Беларуси советская разведка получила бесценный опыт действий в любых условиях боевой обстановки: в городе, степи, лесисто-болотистой местности. Методики советской разведшколы на долгие годы стали определяющими в развитии разведки во всем мире.

Уничтоженная колонна вермахта

Они доминируют до сих пор. Разведка всех своих секретов не раскрывает по определению. И совершенствуется постоянно.

Юрий Андреев