«Командир, ничего не вижу — иду по приборам!»

В Джайсалмере завершился второй этап международного конкурса «Отличники войсковой разведки»

БМП‑2 мчала на всех парах. Гусеницы беспощадно перемалывали камни с песком, оставляя за собой песчаный шлейф. Позади — десять непростых препятствий. Впереди — еще шесть.

— «Зеленый», давай! Мы в тебя верим! — кричали белорусские разведчики, внимательно следя за преодолением препятствий нашим механиком-водителем.

Вдруг сверху на землю рухнула массивная стена пыли. Почти бесшумно. Закрывая собой горизонт. Темно-оранжевая у самой земли, бледно-желтая вверху — она упиралась в самые небеса! Набирая силу, пыль ринулась в нашу сторону, метр за метром поглощая танкодром.

От удивления люди на трибуне застыли.

— Sand storm! (песчаная буря. — Авт.), — крикнул болельщикам военный полицейский…

* * *

…Рубежные и ограничительные флаги трепетали на сильном ветру. Песчаная буря набирала мощь, а где-то среди нее наш мехвод проходил очередное препятствие. О его местонахождении мы догадывались только по реву двигателей — на расстоянии менее десяти метров не было видно ни зги.

На наблюдательном экране появилась картинка очередного препятствия — противотанкового рва. Спустя мгновение мы увидели, как «Зеленый» его преодолевает, а затем с легкостью проходит эстакаду и глубокий брод.

— Молодец! — крикнул кто-то из наших. — Давай, дружище! Осталось последнее.

И вроде каждый понимал, что мехвод не слышит. Но верили! Переживали…

Спустя время мы увидели силуэт БМП‑2, которая проходила последнее препятствие — участок маневрирования. Внутри четырнадцатитонной бронированной жестянки, держась за горячий штурвал, «Зеленый» клял и невыносимую жару, и бурю, но уверенно шел вперед! Несмотря на нулевую видимость, он умудрился не задеть ни одного ограничительного столбика! Трибуна выдохнула. Зрители, пораженные мастерством механика-водителя, зааплодировали.

Не теряя ни секунды, «Зеленый» рванул на последний вираж.

Скандируя «Беларусь!», его встречали на финише наши бойцы.

О том, что во время этапа началась песчаная буря, мехвод понял не сразу. И последние препятствия преодолевал практически вслепую. О своих ощущениях он рассказал кратко и не без юмора:

— Когда все началось, я не мог понять одного: куда пропало изображение?..

* * *

…Ставшее в одночасье оранжевым от песка, небо равнодушно смотрело на наших воинов. Этап продолжался.

— Команда готова? — спросил главный арбитр этапа.

— Это шутка? — заметил кто-то из бойцов. — Буря ведь.

Судья был непреклонен:

— Через пять минут команда начинает выполнять норматив.

Спорить не стали. Забухтовав веревку, наши парни приготовились к переправе груза через препятствие. В данном случае — десятиметровый ров.

«Ничего сложного!» — скажете вы и ошибетесь.

Используя три карабина, жумар (зажим, который используется при подъеме по вертикально закрепленной веревке. — Авт.) и альпинистские веревки, необходимо переправить через ров наполовину заполненную двухсотлитровую бочку! Выполняют это все четыре бойца. И естественно, на время.

IMG_9428-watermarked.jpg

IMG_9423-watermarked.jpg

А буря тем временем хоть и ослабла, но продолжала всех нервировать.

Прозвучал судейский свисток. Максимально разрешенное время на норматив — девять минут.

Парни схватили веревки и приступили к остропке бочки. Со стороны сложно было понять, что делали бойцы. Но все происходило очень быстро. Вот «Паха» перекинул веревки через перекладину трехметровой вышки, «Саня» мигом схватил их и потянул за ров. Зацепили карабины.

— Готовы? Поднимаем! — скомандовал «Паха».

Прикладывая все усилия, парни подняли бочку на вытянутые руки. На другой стороне держат веревку, не давая бочке упасть. На подмогу прибежал «Клин», схватил за жумар в ожидании команды.

— Тяни! — закричал «Паха».

Теперь самое главное не позволить бочке коснуться земли — за это штраф.

Крича от напряжения, «Клин» тянул груз на другую сторону рва. Нервы натянуты словно тетива, вены на шее вздулись, глаза полны ярости.

Спустя несколько секунд бочка оказалась на другой стороне. Но ее еще необходимо опустить на платформу. Причем так, чтобы края не свисали. За это также предусмотрен штраф. Ослабив веревку, бойцы поставили бочку на место.

— Belarusian team! Done! (Белорусская команда! Готово! — Авт.)

И только в эту секунду арбитр остановил время.

2 минуты 22 секунды! Норматив перекрыт в четыре раза.

* * *

Очередное упражнение — сеанс связи. Выполняется оно исключительно на индийской радиостанции. Для наших бойцов «зверь» в недавнем прошлом абсолютно новый и неизвестный.

IMG_9307-watermarked.jpg

«Бержик» буравит взглядом антенну, которую ему необходимо будет собрать, «Багет» — станцию.

Как только прозвучал свисток арбитра, парни рванули к столу. Сильные порывы ветра вперемешку с песком — не помеха. Ловкими движениями «Бержик» подготовил антенну и подключил ее. «Багет» взялся за настройку станции. Треск в гарнитуре. Мгновенный доклад.

Норматив выполнен!

Проявил себя «Бержик» и при перетаскивании ящика с боеприпасами, потратив на это менее чем 20 секунд! И это несмотря на то что при себе он имел, пожалуй, самое неудобное для этого норматива оружие — снайперскую винтовку Драгунова.

Нахлебавшись пыли, парни отправились на выполнение последнего норматива — РХБЗ. К слову, ОЗК использовался также индийского производства. И он отличается от наших всем!

Мы смотрели на наших разведчиков, которые спешно облачались в защитные костюмы, а вокруг бушевала стихия. Со стороны бойцы в ОЗК, окруженные песчаным оранжевым маревом, напоминали кадр из постапокаллиптического фильма.

— Противогаз сейчас очень кстати, — весомо отметил «Дерзкий». — В песчаную бурю — самое то!

Как только костюмы были надеты, вся команда перешагнула белую линию. Не поодиночке. Одновременно! Ведь, как однажды отметил глава белорусской делегации полковник Сергей Симкин, здесь нет «я». Здесь есть — «мы»!

IMG_9227-watermarked.jpg

Майор Вадим Опарин, «Ваяр», фото автора

Джайсалмер — Минск

Успех белорусских парашютистов на Кубке мира по...
«И не дай Бог оказаться вам в ситуации, когда...
Архив выпусков