Поклонись пехоте

Сегодня свой праздник — День мотострелков — отмечают бойцы и командиры самого древнего рода войск. Геройской предшественницей современных мотострелков была славная пехота.

Именно пехота испытывала на себе всю тяжесть войн: далеких походов и кровопролитных сражений. Днями, месяцами, годами и столетиями она шла, ползла, бежала, копала окопы, стреляла, наступала, побеждала, отступала и снова наступала. Упорно и неотвратимо выполняла свою трудную задачу, покрывая землю телами своих бойцов, пополняя медсанбаты и госпитали ранеными…

В этот день, праздничный для всех, кто прошел в пешем строю и на броне многие километры дорог, для всех, кому выпала высокая честь служить в пехотных, стрелковых и мотострелковых подразделениях, мы публикуем подборку стихотворений, написанных поэтами-фронтовиками.

Пехота контратакует.jpg

Пехоту обучали убивать

Пехоту обучали воевать.

Пехоту обучали убивать.

Огнем.

Из трехлинейки, на бегу,

Все пять патронов —

по знакомой цели,

По лютому, заклятому врагу

В серо-зеленой,

под ремень, шинели.

Гранатою. Немного задержав

К броску уже готовую гранату,

Чтоб, близко у ноги врага упав,

Сработал медно-желтый

детонатор.

Штыком.

Одним движением руки.

Неглубоко,

на полштыка, не дале.

А то бывали случаи, штыки

В костях, как в древесине,

застревали.

Прикладом.

Размахнувшись от плеча,

Затыльником в лицо

или ключицу.

И бей наверняка, не горячась,

Промажешь —

за тебя не поручиться.

Саперною лопаткою.

Под каску.

Не в каску —

чуть пониже, по виску,

Чтоб кожаная лопнула завязка

И каска покатилась по песку.

Армейскими ботинками.

В колено.

А скрючится от боли — по лицу.

В крови чтобы горячей

и соленой

Навеки захлебнуться подлецу.

И, наконец, —

лишь голыми руками.

Подсечкою на землю положи,

И, скрежеща от ярости зубами,

Вот этими руками задуши!

С врагом необходимо воевать.

Врага необходимо убивать.

Неудачный бой

Мы идем — и молчим.

Ни о чем говорить нам

не хочется.

И о чем говорить, если мы

четверть часа назад

Положили у той артогнем

перепаханной рощицы

Половину ребят — и каких,

доложу вам, ребят!..

Кто уж там виноват —

Разберутся начальники сами.

Наше дело мы сделали:

Сказано было «вперед» —

мы вперед.

А как шли!..

Это надобно видеть

своими глазами,

Как пехота, царица полей,

В наступленье в охотку идет…

Трижды мы выходили

На ближний рубеж для атаки.

Трижды мы поднимались

С раскатистым криком «ура».

Но бросала на землю

разорванной цепи остатки

возле самых траншей

Пулеметным огнем немчура.

И на мокром лугу, там и сям,

бугорочками серыми

Оставались лежать

в посеченных шинелях тела…

Кто-то где-то ошибся.

Что-то где-то не сделали.

А пехота все эти ошибки

Оплачивай кровью сполна.

Мы идем — и молчим…

(Юрий Белаш)

По тревоге

В глухую ночь

мы вышли по тревоге,

Десятки верст

минувшим днем пройдя.

Шумит весна, и черные дороги

Покрыты лаком

первого дождя.

Блестят штыки.

Пехоты шаг размерен.

Налево — лес

и пятна плотной тьмы.

Темнеют пни,

как будто это звери

Присели на отлогие холмы.

А впереди — широкая поляна.

Рассвет сочится

с облачных высот.

Мы с полной выкладкой,

и только два баяна

По очереди рота вся несет.

И с каждым шагом звезды

в небе блекнут.

Светлеет даль,

светлеет вышина.

В повозке новенькой

везет паек нам

Веснушчатый товарищ

старшина.

Не оттого ль,

что свеж и сочен воздух,

Легко нести винтовку? Вдалеке

Кричат о чем-то паровозы

На непонятном резком языке.

В грязи тягучей вязнут,

тонут ноги,

Но мы идем, идем —

и сон забыт…

...Винтовки взяв

впотьмах из пирамид,

В любую ночь

мы выйдем по тревоге.

(Алексей Фатьянов)

Пехота залегла.jpg

Перед атакой

Когда на смерть идут — поют,

А перед этим можно плакать.

Ведь самый страшный

час в бою —

Час ожидания атаки.

Снег минами изрыт вокруг

И почернел от пыли минной.

Разрыв — и умирает друг.

И значит,

смерть проходит мимо.

Сейчас настанет мой черед.

За мной одним идет охота.

Ракету просит небосвод

И вмерзшая в снега пехота.

Мне кажется, что я магнит,

Что я притягиваю мины.

Разрыв — и лейтенант хрипит.

И смерть опять

проходит мимо.

Но мы уже не в силах ждать.

И нас ведет через траншеи

Окоченевшая вражда,

Штыком дырявящая шеи.

Бой был коротким. А потом

Глушили водку ледяную,

И выковыривал ножом

Из-под ногтей я кровь чужую.

(Семён Гудзенко)

Простите пехоте

Простите пехоте,

Что так неразумна бывает она:

Всегда мы уходим,

Когда над землею

бушует весна.

И шагом неверным

По лестничке шаткой

Спасения нет.

Лишь белые вербы,

Как белые сестры,

глядят тебе вслед.

Не верьте погоде,

Когда затяжные дожди

она льет.

Не верьте пехоте,

Когда она бравые песни поет.

Не верьте, не верьте,

Когда по садам

закричат соловьи:

У жизни и смерти

Еще не окончены счеты свои.

Нас время учило:

Живи по-походному,

дверь отворя…

Товарищ мужчина,

А все же заманчива доля твоя:

Весь век ты в походе,

И только одно отрывает от сна:

Куда ж мы уходим,

Когда за спиною бушует весна?

(Булат Окуджава)

«Я хочу забыть вас, полковчане…»

Я хочу забыть вас, полковчане,

Но на это не хватает сил,

Потому что

мешковатый парень

Сердцем амбразуру заслонил.

Потому что полковое Знамя

Раненая девушка несла —

Скромная толстушка

из Рязани,

Из совсем обычного села.

Все забыть,

И только слушать песни,

И бродить часами на ветру,

Где же мой застенчивый

ровесник,

Наш немногословный

политрук?

Я хочу забыть свою пехоту.

Я забыть пехоту не могу.

Беларусь.

Горящие болота,

Мертвые шинели на снегу.

(Юлия Друнина)

* * *

Разведка боем —

два коротких слова.

Роптали орудийные басы,

И командир

поглядывал сурово

На крохотные дамские часы.

Сквозь заградительный огонь

прорвались,

Кричали и кололи на лету.

А в полдень подчеркнул

штабного палец

Захваченную утром высоту.

Штыком вскрывали

пресные консервы.

Убитых хоронили как во сне.

Молчали.

Командир очнулся первый:

В холодной

предрассветной тишине,

Когда дышали

мертвые покоем,

Очистить высоту

пришел приказ.

И, повторив слова:

«Разведка боем»,

Угрюмый командир

не поднял глаз.

А час спустя заря позолотила

Чужой горы чернильные края.

Дай оглянуться —

там мои могилы,

Разведка боем, молодость моя!

(Илья Эренбург)

Война совсем не фейерверк…

Война совсем не фейерверк,

А просто трудная работа,

Когда, черна от пота, — вверх

Спешит по пахоте пехота.

Марш!

И глина в чавкающем топоте

До мозга костей

промерзших ног

Наворачивается на чоботы

Весом хлеба в месячный паек.

На бойцах и пуговицы вроде

Чешуи тяжелых орденов:

Не до ордена. Была бы Родина

С ежедневными Бородино.

(Михаил Кульчицкий)

В землянке

Огонек чадит в жестянке,

Дым махорочный столбом…

Пять бойцов сидят в землянке

И мечтают кто о чем.

В тишине да на покое

Помечтать — оно не грех.

Вот один боец, с тоскою

Глаз сощуря, молвил: «Эх!»

И замолк. Второй качнулся,

Подавил протяжный вздох,

Вкусно дымом затянулся

И с улыбкой молвил: «Ох!»

«Да», — ответил третий,

взявшись

За починку сапога,

А четвертый, размечтавшись,

Пробасил в ответ: «Ага!»

«Не могу уснуть, нет мочи! —

Пятый вымолвил солдат. —

Ну чего вы, братцы, к ночи

Разболтались про девчат!»

(Эдуард Асадов)

Василий Тёркин (отрывок)

Любят летчиков у нас,

Конники в почете.

Обратитесь, просим вас,

К матушке-пехоте!

Пусть тот конник на коне,

Летчик в самолете,

И, однако, на войне

Первый ряд — пехоте.

Пусть танкист красив собой

И горяч в работе,

А ведешь машину в бой –

Поклонись пехоте.

Пусть форсист артиллерист

В боевом расчете,

Отстрелялся — не гордись,

Дела суть — в пехоте.

Обойдите всех подряд,

Лучше не найдете:

Обратите нежный взгляд,

Девушки, к пехоте.

(Александр Твардовский)

Подготовил Андрей Данилов

Династия Невмержицких на службе Отечеству
Информация о наличии жилых помещений...
Архив выпусков