«Весенний праздник» на Витебщине

С весны 1944‑го до старта операции «Багратион» (23 июня) на территории Беларуси крупных боевых действий не велось. Но покоя у немцев не было! В тылу врага шла настоящая война! Особенно масштабной была она на Витебщине. Враг, стремясь уничтожить Полоцко-Лепельскую партизанскую зону (11 апреля — 5 мая 1944 года), инициировал последнюю крупную антипартизанскую операцию. История запомнила ее под кодовым наименованием «Весенний праздник».

Партизаны в засаде

Задача — обуздать тыл!

Чтобы понять причины этого крупномасштабного наступления, нужно взглянуть на успехи наших партизан глазами врага. «Партизанские части численностью 15.000 человек… в районе Ушачей, к юго-востоку от Полоцка, с зимы 1943‑го до начала лета 1944 года лишили 3 ТА возможности пользоваться шоссейной дорогой Лепель — Березино — Парафьяново… Это была единственная дорога, которая вела из района дислокации армии на запад… Она приобрела жизненно важное значение после того, как противник (Красная Армия. — Авт.) прервал движение… линии снабжения… Орша — Витебск. Партизаны угрожали нам практически еже дневно…» (из показаний бывшего штабного офицера полковника Людендорфа в книге Ч. О. Диксона и О. Гейльбрунна «Коммунистические партизанские действия»). Выход был один: в преддверии летней кампании попытаться заставить народных мстителей покинуть обжитые районы дислокации и лесные лагеря, захватить тайные аэродромы снабжения. А в идеале — разгромить самые крупные и эффективно действующие отряды.

Минирование моста

«Весенний праздник» апреля—мая 1944 года должен был стать венцом предыдущих четырех месяцев, когда велись планомерные наступления врага. Тогда партизанскую зону удалось локализовать, соединения народных мстителей были потеснены и компактно окружены. С одной стороны, немцам было понятно, где именно находится враг, не нужно было наносить удар в пустоту. С другой — нашим было легче оборонять небольшие участки заболоченных, еще заснеженных лесов — каждой бригаде выделялся свой участок «фронта». Помогать друг другу, маневрируя силами, было также проще.

Фортификация и отвага против техники и ягдкоманд

На стороне врага был еще один фактор. Противник имел приличное количество сил. Основу группировки составлял шуцманшафт — полицейские охранные части под командованием старших офицеров‑немцев. Этот массив частей армировался особыми полками СС и СД (служба безопасности рейха) из немцев и европейских нацистов. Последние были фанатичными, мотивированными приверженцами идеологии Германии. Также действовали части бригады СС «Дирлевангер». Хватало и регулярных частей (шесть дивизий), отозванных с фронта, взятых из резерва, с опытом боевых действий, были даже танковые части (например, 501‑й тяжелый батальон на Т‑VI «Тигр»!). Карателей поддерживала авиация группы армий «Центр» — до 75 самолетов. Итого — более 60 тысяч человек.

Особо нужно отметить так называемые охотничьи команды («ягдкоманды», от немецкого Jäger — «охотник»), специализировавшиеся на маневренной лесной войне. Подытоживая опыт борьбы с партизанами, немцы пришли к выводу: партизану регулярные прочесывания местности не страшны, опасен прежде всего тот, кто сам действует как партизан. Ягдкоманды состояли из 50–80 человек, были вооружены стрелковым оружием, передвигались как можно более скрытно — на санях, лошадях, велосипедах, лыжах. Старались перехватить партизанских связных, патрули, разведать места дислокации отрядов и бригад, навести на них крупные полицейские части. Постепенно подобные группы стали формировать из коллаборационистов, служивших в полицейских, охранных частях и специальных полках СС и СД. Команды охотников из головорезов бригады «Дирлевангер» были и в составе войск, участвовавших в «Весеннем празднике», утверждает автор труда «Охотники за партизанами. Бригада Дирлевангера» Дмитрий Жуков.

Против такого крупного контингента оборонялись 16 бригад в 17,5 тысячи человек, имевших два десятка орудий (против порядка 150 вражеских), полтораста противотанковых ружей. Саперные мины завершали список серьезного оружия — большинство партизан имели лишь стрелковое и ручные гранаты. Главная ставка была сделана на фортификационные укрепления — лесные труженики вручную выкопали 287 км оборонительных рубежей. А также на труднопроходимую местность (лесные завалы и баррикады, топкие места, непригодные для боевой техники и пехоты). За их спинами, в сердце обороны, были семьи, а также большое число мирных жителей, скрывавшихся от угона на принудительные работы в рейх.

Партизаны и их работа в тылу врага

План врага был прост: овладеть левым берегом Западной Двины, тем самым локализовав место дислокации партизан. Затем вытеснить их из густых лесов в менее удобное для обороны место, одновременным наступлением всех частей «подвинуть» оборону к железной дороге на участке Загатье — Прозороки. И, держа место скопления партизан под прицельным обстрелом курсирующих бронепоездов, добить согласованными ударами со всех сторон.

27 дней боев

Самый первый удар последовал утром 11 апреля с восточного фаса окружения, чуть позже наступление началось и с остальных сторон, рассказывает в своей книге «Партизаны Витебщины в боях за Родину» руководитель обороны партизанской зоны Владимир Лобанок. В течение дня партизаны держались крепко. Но, дабы не нести напрасных потерь от шести «тигров», подъехавших к окопам в упор, бойцы отряда Суворова к ночи отошли. Также на новые позиции организованно отступила бригада имени Ленина. В этот день было все: и рукопашные схватки, и авианалеты, и массовые перестрелки тысяч противоборствующих, борьба групп бронебойщиков и метателей гранат с бронетехникой врага… Ночь сменила день, но не принесла покоя: командиры народных мстителей придумали, как обуздать врага. В тыл противника, используя неровности местности, просочились диверсионные группы для минирования дорог и ударов по врагу из засад.

Но постепенно, день за днем, кольцо окружения медленно сжималось — пользуясь превосходством, враг сужал кольцо окружения. Партизаны, неся врагу серьезные потери, отходили: были случаи взятия отрядов в клещи с последующим прорывом из них. Драматизм все нарастал: доходило до того, что отступающих предателей из шуцманшафта Ветвицкого расстреливали идущие по пятам эсэсовцы!

24 апреля, пытаясь переломить ход действий, враг изменил тактику: стал практиковать наступление на узких участках после интенсивного артобстрела из десятков орудий и авианалета сразу несколькими звеньями пикировщиков. Огневой вал врага не давал должного эффекта: снаряды и бомбы ложились в ложные окопы. Одновременно с вражеской действовала и наша авиация близкого 1‑го Прибалтийского фронта: По‑2 возили по миллиону патронов за ночь, около 200 бомбардировщиков ночной авиации бомбили скопления карателей.

К 30 апреля кольцо сузилось до восьми километров! Наконец командование партизанской зоной получило приказ на прорыв блокады для спасения личного состава и защищаемого им населения. Двигаться предполагалось в западном и юго-западном направлениях — как раз туда, где не было Красной Армии, чего оккупанты и предположить не могли. Схема обороны партизанской зоны

В ночь с 4 на 5 мая, сочетая отвлекающие удары с основными, бригады прорвались из окружения, выведя за собой на север Минщины до 15 тысяч мирных жителей.

За 27 дней боев враг потерял треть своей группировки убитыми и ранеными, а также почти все свои танки и ряд другой техники. Потери бригад оцениваются в несколько тысяч убитых и раненых, также при прорыве погибло неустановленное число гражданских лиц.

Операция «Весенний праздник» в общем не удалась: партизан вытеснили с обжитых позиций, но не уничтожили — транспортные артерии врага на Витебщине так и не вышли из-под ударов народных мстителей вплоть до «Багратиона».

Вероника Данишевская, фото и изображения — из открытых источников

Понтонёров проверял могучий Неман
14.000 свиданий с небом
Архив выпусков