Орловы воевали по-геройски

Великая Отечественная — война особая, народная война. Потому и одолели советские люди силу, казалось бы, неодолимую, что сражались за Родину всем народом. Такие, как воспетые Расулом Гамзатовым горцы — семеро братьев Газдановых, белорусские патриотки-партизанки сестры Ховренковы из Шкловского района и известные всей стране Куприяновы, тысячи и тысячи других героев минувшей войны, слава о которых передается из поколения в поколение.

146_35.jpg

О таких героях слагаются легенды, создаются книги и фильмы. Есть книги и фильмы и о наших Орловых... Один из фильмов так и называется «Солдаты Орловы». Следует отметить, что посвящен он не вообще только героям-родственникам, каких в нашей стране множество, а конкретной семье, носящей эту фамилию.

Не посрамили памяти предка декабриста

Вообще-то Орловы хорошо известны на Руси с Екатерининских времен, жили они в основном при дворе в Санкт-Петербурге. В 1826 году за участие в тайной революционной организации «Союз благоденствия» декабрист генерал-майор Михаил Орлов был уволен с царской службы и сослан под надзор в Калужскую губернию.

В 1831 году ему удалось переселиться в Москву. А в 1842-м в возрасте 54 лет опальный генерал ушел из жизни, оставив после себя потомство, воспитанное на идеях непримиримости к существующим в стране деспотизму и социальному неравенству. Чему способствовала реальная действительность в России, все более революционизируя народные массы.

К началу ХХ века потомок декабриста Фёдор Орлов был не менее революционен, нежели его знаменитый предок. А русско-японская война (1904–1905 гг.), бездарно проигранная царизмом, сыграла в этом особую роль. С нее унтер-офицер царской армии Ф. М. Орлов, как и большинство других защитников Отечества, возвращался настолько полевевшим, что родившаяся в народе на мотив царского гимна сатирическая песенка «Боже, царя возьми, нам он не нужен…» импонировала ему больше.

Перекликаясь со страстным призывом горьковского Буревестника «Пусть сильнее грянет буря!», написанная в самом начале XX века, эта песня помогла многим определить свое место в общественной жизни. И когда грянула долгожданная буря, Фёдор Орлов, не колеблясь, встал в ряды защитников нового строя, новой власти. И защищал их стойко и мужественно. Свидетельство тому — высшая в Стране Советов награда — орден Красного Знамени, золотая сабля и золотой портсигар, которые вручал Федору Михайловичу видный советский военный деятель периода Гражданской войны Михаил Фрунзе.

В эти годы помоталась с мужем по фронтам и Мария Иосифовна, работая в военных госпиталях. Начинала ночной сиделкой. Сколько провела она бессонных ночей у постели раненых бойцов и командиров, делая все для того, чтобы снова поставить их в боевой строй! Закрепившееся за ней прозвище «Госпитальная мама» — это оттуда, с Гражданской. С ним Орлова пойдет трудиться и в период Великой Отечественной.

В строй боевой — всей семьей

К началу фашистского нашествия на Советский Союз 64-летний Фёдор Орлов призыву не подлежал. Но когда над любимой столицей нависла смертельная опасность, бывалый воин добровольно пошел в народное ополчение. И воевал там отменно. Сначала в должности командира роты, а позже возглавил 160-ю стрелковую дивизию. Великую Отечественную войну Фёдор Михайлович закончил в звании полковник, добавив к своим наградам еще два ордена Красного Знамени, орден Отечественной войны I степени и медаль «За оборону Москвы». Старший сын Владимир к тому времени тоже служил в Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Погиб под Ленинградом. Пошли Родину защищать Василий и Евгений. Они попросились в танковые войска. Примеру братьев последовала и дочь Мария, воевавшая в 46-м женском ночном бомбардировочном полку, который потом особенно прославился своими боевыми делами в операции «Багратион» и удостоился гвардейского звания.

Дома осталась только Мария Иосифовна. И она, как некогда в Гражданскую, пошла бы за мужем. К сожалению, силы и возраст были уже не те. И все же Мария Орлова нашла себе место в одном столичном госпитале. Имея некоторые познания в медицине, она ухаживала за ранеными, стараясь облегчить их страдания.

Сыну-воину — танк в подарок

«Мария Иосифовна написала в Кремль, чтобы ей разрешили собрать деньги на новый танк для сына, — читаем в воспоминаниях режиссера документальной киноленты «Солдаты Орловы» Р. А. Григорьева. — Потом сложила все свое домашнее имущество: отрезы материи, сапожки, валенки, ложки — выгребла все, в том числе и семейные драгоценности, и понесла в комиссионку… Золотую саблю сразу же выкупил музей Красной Армии. Нашлись покупатели и на другие реликвии. Но до нужной суммы было еще далеко. Тридцатьчетверка тогда стоила около 150 тысяч рублей. Вероятно, добавили и московские власти. Как бы то ни было, а боевую машину для М. И. Орловой на заводе изготовили и доставили на фронт. И. В. Сталин прислал Марии Иосифовне телеграмму, в которой поблагодарил за такую большую помощь Красной Армии, пожелал женщине здоровья и дождаться детей домой с победой!

14 марта 1945 года командующий 4-й гвардейской танковой армией генерал-полковник Д. Д. Лелюшенко в торжественной обстановке вручил гвардии полковнику В. Ф. Орлову материнский подарок — танк Т‑34.

Новенькая тридцатьчетверка до слез растрогала Василия Фёдоровича. «Пообщавшись» с ней как с родимой матушкой, он распорядился передать боевую машину в лучшую в его мехкорпусе 17-ю гвардейскую механизированную бригаду. Там, считал он, эта боевая машина будет применима с наибольшей отдачей. Ведь лично он уже не ходил на врага в первых рядах атакующих. Для служебных командирских поездок у него была другая машина.

В 17-й бригаде с радостью и гордостью за доверие комкора приняли тридцатьчетверку…

И назвали Т-34 «Мать-Родина»

Сделав такую надпись с левой стороны на башне боевой машины, ее передали в лучший в бригаде 126-й танковый полк, где на общем построении вручили самому прославленному экипажу гвардии младшего лейтенанта Петра Кашникова.

Принимая такой дорогой подарок, гвардейцы поклялись умело и бесстрашно громить врага до окончательной победы. Свое слово они подкрепляли делами. После каждого боя на ствол танковой пушки наносились красная звездочка и силуэты уничтоженных целей противника. Без устали громя гитлеровцев, гвардейцы не забывали и о матери своего командира. Вскоре Мария Иосифовна получила от них письмо, в котором воины благодарили за подарок и обещали

«…еще беспощаднее уничтожать гитлеровское зверье». Выразили соболезнование и заверили, что враг дорого заплатит за гибель ее сына, за их любимого командира гвардии полковника Василия Орлова.

Боевой порыв танкистов возрастал с каждым днем. Более десятка «тигров» и «пантер», десяток автомашин противника они успели уничтожить до 28 апреля. В этот день необыкновенно жарким был бой за Потсдам — вторую резиденцию прусских королей.

Чувствуя свой неизбежный крах, гитлеровцы оказывали упорнейшее сопротивление. Особенно досаждали фаустники. Именно они и подбили танк «Мать-Родина», за которым охотились сразу же, как только он появился на поле боя. Погиб почти весь экипаж. Живым остался только заряжающий — сержант Павел Балакшей. Сильно была повреждена и боевая машина.

Всю ночь без устали трудились ремонтники. На рассвете танк «Мать-Родина», как и прежде, пошел в атаку и первым ворвался на позиции врага. После падения Берлина танкисты повернули на юг в направлении Праги, где все еще яростно сопротивлялись недобитые фашистские полчища. Экипаж продолжал свой боевой счет…

Когда отгремели залпы победных салютов, на стволе пушки танка «Мать-Родина» красовались 27 звездочек и столько же силуэтов вражеских боевых машин, только «тигров» и «пантер» — 17.

Героическая боевая машина — на постаменте

Поэтому и было решено вознести этот танк на почетное место. Что и было сделано в канун 20-летия завершения разгрома гитлеровской Германии. Танк «Мать-Родина», долгие годы стоявший в боксе как полковая реликвия, установили на самое видно место прямо у входа в расположение воинской части. Он — символ героизма советских танкистов в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. Постамент был украшен изображением знака «Гвардия» и пятью боевыми орденами, которых удостоилась часть за годы Великой Отечественной войны…

Где и когда погиб Василий Орлов

17 марта 1945 года у местечка Гисмандорф Василий Орлов получил смертельное ранение, от которого и скончался 19 марта в полевом госпитале. Гроб с его телом на самолете Маршала Советского Союза И. С. Конева брат Евгений доставил в Москву. Похоронили Василия Фёдоровича на Новодевичьем кладбище, рядом с могилой отца, героя Гражданской войны. Забегая чуть-чуть вперед, скажем: ныне здесь же покоится и прах Марии Иосифовны и ее дочери Марии.

6 апреля 1945 года Василию Орлову Указом Президиума Верховного Совета СССР присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно). А его мать удостоили ордена Отечественной войны I степени. Вручали награду Марии Иосифовне в Кремле, в торжественной обстановке. И, как вспоминали участники этого мероприятия, весь зал стоя аплодировал. А она все переживала, что не смогла защитить любимого сына. Даже танковой броней. Умерла Мария Орлова в 1969 году.

К сожалению, судьба этой славной тридцатьчетверки, как и всех нас, изменилась. После вывода из Германской Демократической Республики советских войск танк «Мать-Родина» побывал в Самарской области. Потом его перевезли в Саратов, где создавался музей бронетехники. Там и установили снова на почетное место с соответствующей табличкой.

146_36.jpg

Вместо эпилога

Эти строки породила публикация одного российского историка, помещенная в журнале «Родина» № 12 за 2017 год. По его словам, танк «Мать-Родина» был уничтожен 28 апреля 1945 года в бою за Потсдам. Даже приводится документ на его списание как не подлежащего восстановлению. И тут же идет: «хотя в советские годы находились свидетели, видевшие «Мать-Родину» на улицах поверженного Берлина». И снова безапелляционно утверждается: «Этого быть не могло». А чуть ниже пишется: «Воинская часть уже оснащалась современной техникой, но в отдельном боксе бережно хранилась полковая реликвия — тридцатьчетверка с надписью «Мать-Родина» на броне. Одна из оставшихся «в живых». А как же «Этого быть не могло?!».

Словом, что-то в той публикации поставлено с ног на голову. На такую мысль наталкивает и иллюстрация из нее же (она дается и нами). При рассмотрении снимка через увеличительное стекло видно, что речь идет о списании другого сгоревшего танка. Но боевая машина «Мать-Родина» начала и окончила свой боевой путь в 126-м танковом полку.

Павел Ерошенко, ветеран Великой Отечественной войны, полковник в отставке, лауреат премии Союза журналистов СССР, полковник в отставке Евгений Сальников, фото из архива авторов

В частях РЭБ — новая техника
Командир и учитель
Архив выпусков